На мгновение, пока она становилась на четвереньки, я вспомнил, как тысячи раз она отказывала мне в этом, и мой гнев вернулся. Но теперь я мог с ним бороться; я положил руки ей на бедра и плавно толкнулся в ее, со стоном войдя до конца. Она только ахнула:
— Боже мой, как же ты глубоко!
— Я не хочу делать тебе больно, — сказал я.
— Нет, это прекрасно, просто не дави слишком сильно, — прошептала Хелен.
Мы трахались медленно, непрерывно, с глубокими ударами, и я старался не давить слишком сильно в конце. Это был просто чистый трах, без каких-либо мыслей или чувств — лишь невероятное чувство моего члена внутри ее киски, удары ее бедер и задницы о мой лобок и наполненность моих ладоней ее большими упругими сиськами.
Я полностью погрузился в это, смутно осознавая вздохи и стоны Хелен, и даже когда я почувствовал, что приближается мой оргазм, мне удалось сохранить свои удары устойчивыми, пока внезапно удовольствие кульминации не поразило меня, и я сильно притянул ее бедра к себе. С этим я уже не мог ничего поделать; мне нужно было как можно глубже проникнуть в нее, и даже пусть я причинял ей боль, я не мог остановиться. Я кончал и кончал, сильно толкаясь в нее, а затем осторожно потянул ее на бок, чтобы мы лежали ложкой, расслабленно, пока мой член все еще был внутри нее.
— Это был хороший трах, — подумал я и обнял ее, целуя в шею, пока мы тихо лежали, выравнивая дыхание.
*******************************
— Неужели действительно прошло два года?
Мы поспали час или два, а теперь вернулись на кухню. Хелен разогревала паэлью и делала салат, пока я накрывал на стол и работал над пивом.
— Да. Тот парень, которого я встретила после того, как ты меня выгнал, в ночь, когда я проглотила таблетки — был последним. Довольно ужасное воспоминание — и я рада, что у меня есть новое, чтобы заменить его, — она тепло улыбнулась мне, и я не мог сдержать улыбки в ответ.
— Я не могу поверить, что у тебя не было... возможностей, — сказал я — Ты очень привлекательная женщина, Хелен. Ты вообще ни с кем не встречалась?
— В течение первого года или около того я была слишком опустошена. Порой меня пытались пригласить, но я была слишком занята работой и посещением доктора Оливы и пыталась просто восстановить свою жизнь. А в последние несколько месяцев я недолго встречалась с парой парней. Но ложиться с ними в постель оказалось очень серьезным делом — чем-то, через что мне нужно было переступить — и я оказалась не готова к этому. Они были милые и все такое, но не было никакой искры. А случайный секс с парнем, о котором я не буду заботиться, не привлекал меня.
Мы поужинали, поболтали о наших девочках и немного о работе. Я рассмешил Хелен рассказом о том, как мы заступились за Джима, и выставили задницу Бастера Ридона из участка. Она рассказала мне, что кейтеринговый бизнес добавил ей пару постоянных клиентов — небольшие конференц-центры, которые давали много постоянной работы — и что она зарабатывает больше денег, чем когда-либо прежде.
— Я даже начала думать о покупке дома, но... , — ее голос затих.
— Но что?
— Я поняла, что в действительности хочу не просто дом, а свой дом. И покупка дома не сделала бы его домом, если бы я жила там без... одна.
Мне нечего было сказать, поэтому я промолчал.
Вечер с Хелен показался мне знакомым и приятным — мы
Желанная Измена