что видел мою жену с ее боссом в пятом ряду. Он держал свои чертовы руки на ее заднице — я просто ДОЛЖЕН туда попасть!
Он хладнокровно смотрел на меня, даже не задавая вопросом, есть ли в моих словах какая-то правда.
— Хреново тебе, — сказал он с сочувствием, но, ублюдок, не пустил меня. Я отступил и попробовал два других подхода, но не приблизился ближе, чем примерно на пятнадцать метров. Бросив пиво, я нашел пустой стул, чтобы встать на него, и мне удалось сделать несколько быстрых снимков на мобильный телефон. Снимки были не очень хорошими, но показали Бет с Хантингтоном, и на паре из них они явно были чересчур дружелюбны. Мгновение спустя свет потускнел, и уровень шума поднялся до небес, когда Чили Пепперс вышли на свое шоу.
Я был слишком потрясен и слишком взбешен, чтобы вернуться наверх к Ч. Д., поэтому просто стоял сбоку нижних рядов Гарден в течение следующих полутора часов. Никогда в жизни у меня не было лучшей позиции для рок-концерта, и я никогда не слышал так мало музыки. В моих мозгах оставалось место только для Бет и Хантингтона — для ее предательства, ее лжи мне, моей боли и ярости.
Когда закончился последний бис, я посмотрел, к какому выходу они направятся. Затем побежал вниз по лестнице и сел в холле. Прежде чем идти домой и собирать свои вещи, я хотел взглянуть прямо в лицо Бет одновременно с несколькими непечатными словами. Я был зол и опустошен, но решил сделать холодное, собранное лицо.
Но мои планы полностью пошли в зад. Группа девочек-подростков заметила Мадонну и ее мужа в коридоре, закричала и побежала к ней. В мгновение ока произошла давка, и двести возбужденных кричащих фанаток отрезали меня от того места, куда к двери направлялись Бет и Хантингтон.
Я судорожно крикнул во весь голос:
— Бет! Бет, это я! — но они меня не услышали. В отчаянии я протолкался сквозь толпу на улицу. Они стояли на обочине, готовясь войти в открытую дверь большого белого лимузина, вне пределов слышимости.
Я опять вытащил свой телефон и сделал четыре снимка, на которых он помогает ей сесть в лимузин, его рука фамильярно лежит на ее руке, а потом ласкает ее попу. Прежде чем я смог подобраться ближе, лимузин уже выехал на проезжую часть.
Стоя, тяжело дыша на тротуаре, я набрал номер телефона Бет. После трех звонков я услышал ее голос.
— Привет, детка! — Она звучала возбужденно и немного странно. Может быть, была пьяной?
— Бет, это я! — крикнул я. — Я радом с Гарден. Что, черт возьми, ты делаешь?... — Где-то в середине моего вопроса я услышал звук отбоя.
В ярости я опять позвонил. Гудок шел пять раз и перешел на голосовую почту. Ругаясь, я отключился, подождал тридцать секунд и попробовал в третий раз. На этот раз телефон сразу перешел на голосовую почту: она, блин, его выключила!
Я стоял на тротуаре, в то время как тысячи людей выходили из Гарден, обтекая меня, и направлялись к тысячам разных мест. Меня трясло от ярости. У меня не было ни малейшего представления о том, почему Бет увлеклась этим мудаком, или даже о том, что в нашем браке была хоть какая-то проблема. Увидеть ее вместе с ним было самым неприятным шоком в моей жизни.
Я понял, что должен позвонить Ч. Д., поэтому неохотно позвонил по его номеру. Я был сразу переведен на голосовую почту, поэтому просто сказал:
— Это я. Я пытался встретиться с ними после концерта, но не смог пробиться сквозь толпу. Я
Мы же не животные. Часть 5