будет отстроен новый дом взамен старого и выделена дополнительная земля для засева. Было несколько условий: женщина должна быть совершеннолетней и не должна быть немощной старухой.
Двор Хладного утёса
С окончания гражданской войны прошло сорок лет, но раны её до сих пор зализаны не были. И хотя рождённые незадолго до неё мальчики уже успели стать взрослыми мужчинами — их катастрофически не хватало. А если ещё добавить послевоенную разруху проигравшей страны, разгул преступности, контрибуции победителям, произвол оккупационных войск — сорок лет оказалось слишком мало для полного восстановления.
Матерью Свийлы была «дочь войны». Появившись на свет нежеланной и не имея отца, а точнее имея с десяток отцов из разных краёв Империи, она и сама не смогла найти семью и избежать позора. Свийла родилась под забором просто потому что её мать зарабатывала на жизнь продажей своего тела за кусок хлеба. И ещё ей несказанно повезло — она была единственным выжившим ребёнком своей матери.
Сама она тоже скиталась по свету, сбежав от родительницы в пятнадцать лет с молодым вором. Однако, тот бросил её после того как лишил чести, а потом его поймала стража и заточила в тюрьму в крепости Засов. Свийла же сначала несколько лет шаталась от одного двора к другому, подрабатывая то служанкой, то кухаркой, а потом прибилась к постоялому двору, где также сначала работала на кухне.
Однако, потом хозяина постоялого двора повесили ал Берты за то, что он отказался обслужить их бесплатно, а его дочь, ставшая хозяйкой корчмы, заставила её обслуживать клиентов не только стиркой и уборкой, но и телом. Свийла несколько раз хотела бежать, но здесь её кормили, одевали — куда она побежит? И каждый раз она оставалась. Однако, гонец из Хладного утёса принёс ей шанс на спасение. Даже если в крепости её будут брать по десять солдат в день — в конце она получит шанс навсегда избавиться от торговли своим телом ради пропитания. Дом, зерно, земля — об этом можно было только мечтать. Именно тогда Свийла решилась: собрала свои скромные пожитки и юркнула ночью за ворота корчмы.
И вот сейчас она, худощавая высокая кареглазая шатенка в длинном платье на голое тело и длинной русой косой до попы стояла среди других женщин у входа в замок. Их было много — толпа простиралась через весь мост. Совсем молодые и уже солидного возраста, блондинки и брюнетки, худые и полные, с вещами и без: пожалуй, их объединяло только одно: бедность и надежда на удачное предложение.
Свийла была здесь уже третий день. Очередь медленно двигалась вперёд, и вот, наконец, она уже стояла перед самой железной решёткой у входа в крепость. Некоторое время назад группа женщин зашла внутрь, и стражники сдвинули копья. Между Свийлой и её будущим оставалась пара женщин и год работы в замке.
Впереди неё стояли мама с дочкой. Дочка, совсем ещё юная, видно только что вступившая в совершеннолетие, а мама — уже постарше. Девушка в предвкушении оглядывается по сторонам, щёки зарделись, волнуется. А мама — понурая, в глаза не смотрит, уставилась в пол. В отличие от дочки, она знает, зачем пришла.
Рядом со Свийлой стоит уже пожилая женщина, почти старуха. Половины зубов нет, морщины на лице и руках. А взгляд — живой, скачет по стенам, по охранникам, по товаркам.
Сзади — ещё несколько женщин разного возраста. Одна — сразу видно, деревенская красавица. Горделивый взгляд, красивое платье, чёрная коса почти до пят. Что её сюда занесло? Неужто захотела свободы и независимости и решила по-быстрому свой дом заработать? Понимает ли она, что ей делать придётся?
Подарок любимой!