не где-нибудь в кабаке, все вместе, как нормальные люди?
— А вот хрен его знает... Исторически сложилось. Конторе-то уже больше полувека, вот с тех еще, наверное, пор так заведено. Новые люди приходят - их тоже к этому приучают, так и тянется. Мы-то с Катькой и Светкой, конечно, не прочь сходить куда-нибудь вместо того чтобы посуду мыть и готовить, но Галина категорически против. И вообще слухи начнутся - буржуи и все такое. Так что одевайся, пойдем в магазин. Будешь носильщиком. И деньги гони.
К моему великому удовольствию, после того как я приволок тяжеленные пакеты я был отстранен от дальнейших приготовлений. Ну еще помог столы двигать - и все. Дальше женщины звенели тарелками и стучали ножами сами. Меня вообще хотели выгнать до момента полной готовности, но тут я воспротивился. Впрочем, от скуки все же прогулялся по коридору, заходя поболтать и попоздравлять во все знакомые мне отделы. Везде происходило примерно то же, что и у нас. Вернувшись обратно, я оценил наш стол - вышло не хуже чем у других.
За столом мне, честно говоря, было скучновато. Женщины очень быстро перешли к воспоминанию произошедших за год событий, интересных только им, женщинам, о которых я, по понятным причинам, представления не имел и обсуждению малоизвестных мне людей. Еда, правда, оказалась вкусной, несмотря на приготовление на скорую руку. Так что я сидел между Иркой и Галиной Павловной, кушал вместе со всеми водку, с аппетитом закусывал и расслабленно слушал воспоминания старожилов. Надоело мне это примерно часа через полтора. Поерзав некоторое время, я решил размяться и извинившись, выбрался из-за стола, пообещав коллективу скоро вернуться.
В коридоре было пусто. Все, похоже, дружно сидели за столами. В голове у меня пошумливало от выпитого. Я не спеша сходил покурить на лестницу, постоял там немного, надеясь что с той же целью подойдет кто-нибудь из мужиков и можно будет поболтать. В коридоре хлопнула дверь, я выглянул, интересуясь - не сбылись ли мои ожидания. Нет, не сбылись - это от директорши вышли, покачиваясь, наш юрист, Семен Маркович - низенький кругленький мужичок ярко выраженной семитской наружности и директорская секретарша Надька - чрезвычайно вредная тощая девица, буквально кожа да кости. Что в директорском кабинете тоже пьянка я знал, туда было допущено только высшее руководство в лице самой хозяйки кабинета, ее зама, главбухши, и приближенных к ним - юриста и, так и быть, секретарши.
Надька с Семеном направились в мою сторону. Цель их была понятна - оба были курящими. Передвигались они с трудом - в директорском кабинете явно пили активнее чем у нас. Ну хоть кто-то со мной поговорит! - подумал я, ожидая их на ступеньках. У самой двери на лестницу они остановились, Семен похлопал себя по карманам, сокрушенно покачал головой и развернулся обратно. Похоже, сигареты забыл. Надька же продолжила движение вперед, пересекла лестничную площадку и оступившись на первой же ступеньке свалилась прямо мне в руки. Точнее я ее поймал в падении, прижав к себе спиной и сохранив ей здоровье, а может быть и жизнь. Держа в руках повисшую на мне женщину, я в первую очередь подивился ее легкости. А во вторую сообразил, что руки мои расположены довольно неприлично - точнехонько на ее груди. А еще точнее - на том месте где она должна была быть, потому что под рукой почти ничего не прощупывалось. Я сначала вытянул шею, заглянув через ее плечо, точно ли там держусь, слегка помял. Оказалось - там. Надька равнодушно висела на моих руках. Тогда я запустил руку под блузку.
Утренняя разрядка