дезориентирующих смен камеры, которые вы иногда видите в фильмах.
Я больше не была на Багамах. Я лежала на кровати, подключенная к монитору и с капельницей, вводившей в мою руку раствор. Рядом со мной в кресле лежал Том и спал.
Моими первыми мыслями были озадаченность и странное предчувствие беспокойства. Оно быстро трансформировалось в полнейший дикий ужас. Я не могла понять, что случилось, и что я тут делаю.
Мои страдающие звуки, должно быть, разбудили Тома, потому что он вяло потянулся, а затем сосредоточил взгляд на мне. Я чувствовала себя лежащей на кровати и пыталась определить, где я.
Он встал с беспокойством на лице. Налил и принес мне стакан воды, сказав:
— Вот, выпей это.
Я так хотела пить, что думала, что умру. Поэтому я выхватила стакан из его руки и жадно все проглотила.
В моей голова стучало так, будто я запила бутылку водки галлоном текилы. Я умоляюще посмотрела на него.
Он с любовью улыбнулся и сказал:
— Нам надо многое наверстать.
Я сказала, все еще едва сдерживая панику:
— Где я? Почему я здесь?
Он сказал:
— Сначала позволь мне пригласить медсестру, чтобы проверить тебя, а потом мы сможем поговорить, — с этими словами он вышел из комнаты.
Вскоре он вернулся с женщиной в больничном халате, которая засуетилась вокруг приборов, а затем проверила капельницу, что была воткнута мне в руку.
Она поправила настройку и сказала нам обоим:
— Ваш пульс повышен, что понятно. Это — мягкое болеутоляющее и успокаивающее соединение в физиологическом растворе. Оно успокоит вас. Я чуть увеличила дозу, чтобы помочь вам расслабиться.
Она повернулась к Тому и сказала:
— Вы можете поговорить с ней, если хотите. Но пожалуйста, будьте осторожны. — После чего она сочувственно улыбнулась и вышла из комнаты.
Я посмотрела на него в полной растерянности. Ему надо все объяснить. Он в первую очередь всегда был моим лучшим другом. И я нуждалась в нем, чтобы он прояснил мое состояние.
Он сказал:
— Есть некоторые сложности, которые мне нужно с тобой обсудить.
Увидев мой взгляд полной муки, он поспешно добавил:
— Нет! Это не касается нас с тобой, за исключением того факта, что я здесь в качестве твоего мужа и спутника жизни навсегда.
Я успокоилась, а он продолжил:
— Что ты помнишь из вчерашнего?
Я стала вспоминать. Я вспомнила, как разговаривала с Марси в школе, а также, как была в нашем любимом ресторане с Ребеккой, Шаритой, Марси и Лэнсом. После этого я ничего вспомнить не могла.
Были некоторые вспышки абсолютно необузданного секса, но они должны были быть частью моего бреда. Я сказала:
— Я попала в автомобильную аварию?
Том ответил:
— Я никак не могу приукрашивать то, что собираюсь тебе сказать. Ты достаточно сильна, чтобы это услышать?
Я сказала:
— Мне надо знать, что происходит, и я должна узнать ЭТО прямо сейчас. Что бы то ни было, я могу пройти через это, пока у меня есть ты, чтобы меня любить.
На самом деле он выглядел нехарактерно неуверенным в себе, когда сказал:
— Может быть, это — то место, с которого нужно начинать. Я хочу знать, смогу ли я вернуться домой, и сможем ли мы снова стать мужем и женой? — Мое сердце взлетело от счастья.
Я сказала:
— Конечно, можешь. Я тоже хотела поговорить с тобой об этом. Я чувствую, что достигла взаимопонимания с собой и никогда больше тебя не подведу.
Он сказал:
— Хорошо, это приводит меня к тому, что я должен сказать. Есть одно условие для моего возвращения домой.
Я почувствовал холодок и сказала:
— Зачем какие-то условия? Я полностью отдаюсь тебе. Я скучала по тебе, больше чем ты можешь себе представить, и что я смогу когда-либо выразить.
Признание