просто… с мужчинами. В таком случае я не чувствовала никакого угрызения совести, только приятные воспоминания о случившемся.
В дверь раздался стук, который меня немного испугал. Я поджала под себя ножки, обхватив их руками, после чего, спустя пару секунд, насильно выдавила из себя «да?».
— Фать, ты встала? Это мама. Поднимайся, мы ждем тебя к столу. Хватит уже валяться в кровати.
— Хорошо, мам, уже встаю, - ответила я, зная, что с мамой спорить бесполезно.
За дверью послышались удаляющиеся шаги. Я пролежала еще секунд десять, после чего, качнувшись вперед, заставила свое тело встать с кровати и принять вертикальное положение. К моему облегчению моя «девочка» уже не болела так сильно, как она болела вчера после баньки, и ходить я могла как и раньше, не чувствуя жжения и не в раскорячку. Порывшись в своей сумке, которую я взяла из дома, я нашла плотные леггинсы синего цвета и беленькую футболочку. Я обожала леггинсы, так как они идеально подчеркивали красоту моих ножек, в отличие от длинных и ужасных юбок. Да и попка в леггинсах смотрелась просто шикарно. Быстренько переодевшись, я уже была готова покинуть комнату и отправиться на кухню, когда увидела большое зеркало во весь рост. Остановившись перед ним, я посмотрела на свое отражение, довольно улыбнувшись собственным формам. «Если даже братья не смогли устоять передо мной…» Повернувшись спиной, я посмотрела на свою широкую попку. «Я счастлива, что у меня такая задница!»
За столом я встретилась со всей своей семьей и дядей. Я заметила, что оба брата как-то не особо смотрят в мою сторону, а дядя, который вчера был таким любезным и заботливым, выглядел довольно «холодным». Стало немного неприятно, даже возникло чувство того, что меня просто использовали, как какую-то игрушку, однако мне хватила ума не принимать поспешных выводов и я списала все на то, что мы находились в компании моей мамы. В самом деле, не будут же они как-то подмигивать мне, когда в любой момент это может стать обнаруженным.
Во время обеда со мной почти никто не говорил. Разговаривали, по большей части, только мама с дядей, я же с братьями просто молчали, слушая старших. Когда все закончилось, я уже собралась идти в комнату, когда мама сообщила мне, что сегодня мне нужно будет помочь ей прополоть грядки в огороде. Большого восторга это у меня не вызвало, однако, по крайней мере можно будет побыть одной, ну или почти одной. Поэтому, когда настало время идти в огород, мое настроение не было совсем уж унылым.
Во время работы я снова начала вспоминать события вчерашнего вечера. Теперь я уже относилась ко всему только положительно, вспоминая те приятные ощущения, которые я испытала. Все дошло до того, что внизу животика у меня заметно потеплело, а спустя еще несколько секунд между ножек стало влажно. Мысли постепенно перешли с прошлого на будущее и настоящее. Мне очень захотелось снова ощутить все то, что я ощутила вчера. Вспоминая о первом проникновении брата в мою щелку, я невольно прикусила губу от вожделения. «Как бы я хотела почувствовать его внутри еще раз, чтобы он вошел в меня до самого конца». Чем больше я думала о подобных вещах, тем жарче и мокрее становилось между ножек. Я уже начинала чувствовать, как мои трусики начинают обильно пропитываться соками и прилипать к половым губкам. «Может быть мне стоит… самой предложить? Может они просто думают, что мне не понравилось и я не хочу, чтобы это случилось еще раз?»
— Фать, сходи, спроси у дяди, нужно ли обрывать нижние веточки у помидоров, или
Влюблен до потери пульса