вместе лопаткам девушки. Ноги перестали держать Эвана и он завалился на левое бедро снова оцарапавшись, лелея смутную надежду, что быстротечный секс двух любовников продолжится. В это мгновение Рина казалась ему самой желанной женщиной в мире. Он хотел ее! Она казалась ему настоящей богиней секса, самой красивой девушкой из тех кого он видел обнаженными в реальной жизни.
Чуда не случилось. После короткого купания сопровождающегося счастливым смехом и поцелуями. Рина и ее парень, или кто бы он ни был, оделись и исчезли за линией густого леса вплотную подступавшего к реке. Эван выждал для верности еще пять минут и переплыл на берег, надеясь что они ни чего не забыли, и не вернуться в самый неподходящий момент. Вода смыла с него усталость, но эмоционально парень чувствовал себя как выжатый лимон, даже страх и стыд куда-то потерялись.
***
Освещенная полуденным солнцем часть трейлерного парка под названием «Санни Хейвен» была окружена густым лесом с двух сторон. Раскидистые дубы и вязы создавали впечатление непролазной глухой чащи сразу за границей обжитых людьми мест. С противоположной стороны парк упирался в муниципальную промзону, где находился цементный завод. Дарлин вышла из автобуса прямо напротив ржавого, на половину заросшего лишайником знака: «Добро пожаловать в Солнечный рай». Эта вывеска всегда вызывала у не стойкое отвращение и желание поскорее вырасти и убраться отсюда подальше. В голове девушки калейдоскопом вертелись картинки с записи сделанной Бекки, от которых она ни как не могла избавиться.
... Бекки настоящий сексаголик! — подумала она. Ей к врачу надо.
Она даже жалела бедную девочку, зная во что может вылиться неутолимая жажда плотских удовольствий, но понимала, что говорить ей что-то бесполезно. Бекки не станет слушать пока однажды не окажется в больнице после многочасового секс марафона с бандой байкеров. с разорванными внутренними органами и отравлением спермой.
— Кто я такая, что бы давать ей советы? — усмехнулась она, сворачивая тротуара на грунтовку.
Ей было необходимо попасть в нелюбимый дом, что бы позвонить надзирающему социальному работнику: «В любое время когда у тебя возникнет такое желание... но не реже двух раз в неделю... « Необходимость боролась с другим, гораздо более сильным подавляющим все и вся желанием, которое требовалось удовлетворить любым способом.
Во всяком случае я не подсела на наркотики! — сказала себе Дарлин останавливаясь. Наверное это было бы ужаснее!
Она посмотрела на первые дома на колесах появившиеся в конце грунтовой дороги и решительно свернула в лес. Густой подлесок атаковал ее голые икры, щекоча кожу, пачкая белые короткие носки и кроссовки. Девушка поморщилась от отвращения, но продолжила пробираться вперед по толстому слою опавших листьев, паутине и гнилым палкам. Под кронами старых дубов воздух казался заметно холоднее, здесь всегда царил полумрак и влажность, от которой распущенные волосы моментально намокли и отяжелели. Звуки и запахи заполняли пространство, но она не замечала их все больше погружаясь в себя, в свою проблему.
Обвиняя подругу в болезненной чувственности Дарлин сейчас сама сходила с ума от похоти и необоримого желания. Она поняла, что больше не может терпеть и остановилась. Уронив на землю сумку, девушка потянулась пальцами к поясу, нервно вытягивая наружу подол футболки. Задрав ее до горла, она завела руки за спину, расстёгивая лифчик. Вздувшиеся соски зудели и ныли так сладко, что казалось сейчас лопнут, как перезрелый виноград. Чувствуя как дыхание становится нервным и сбивчивым Дарлин суетливо запустила ладони под юбку, стаскивая с себя нижнее белье. Влажный прохладный воздух коснулся голой промежности, заставив ее содрогнуться и затрепетать, плотно сдвинув колени с повисшими на них черными трусиками-танго, похожими на раскинувшую крылья ласточку,
Один шаг.