— Твоя мама достаточно сексуальная штучка, как наша школьная библиотекарша, но сестра это сестра. Это инцест Джейсон это неправильно! — Только не в случае с Глорией. — быстро ответил Джейсон. И ты это прекрасно знаешь. И вообще кровосмешение, это так притягательно. Мне оно кажется невероятно захватывающим и возбуждающим! — Глория еще слишком мала. И вообще молчи, ты сам смог бы трахнуть собственную сестру, а? — Зато я бы сделал Глорию. Это было бы почти так же сладко, как секс с ее матерью, я бы точно чувствовал себя, как в раю. И точно не заморачивался бы поэтому поводу. — Джейсон вытянул шею, посмотрев на открытую дверь в кухню, где о чем-то разговаривали мать и сестра. Если тебе станет от этого легче, я может и позабавился бы со своей сестрой.
Учитывая, какие чувства вызывала в нем мачеха, вспоминая ощущения после поцелуя Дианы, Эван подумал, что у Джейсона хватило бы бесстыдства заняться любовью с Бекки, но он тут же отмел эту идею. Словам Джейсона веры не было. Он только играл брутального мачо, а сам пальцем не трогал сестру.
— Вот прямо сейчас можешь этим заняться, что бы понять как это хреново. — сказал Эйван вставая. Я должен идти.
***
Вернувшись домой около 7, Эван отказался от обеда и засел в своей комнате. Он валялся на кровати и его голова медленно, но верно начинала раскалываться от вороха противоречивых мыслей и желаний. Его злило, что он не может просто выключить их как свет в комнате, не может отвлечься хотя бы на время, что бы сделать домашнюю работу. Разговор с Джейсоном не помог, только усугубил ситуацию. Отношение друга к ситуации поразило Эвана, оно было очень странным. В довершении всего его ни как не оставлял назойливый вопрос, какого черта он поцеловал Диану в машине почти по взрослому?
Звонок от Синди испортил настроение окончательно. Она сказала, что если разрешит отец, Эван может принять участие в гонке «Дейла». Эвану не хватило сил сказать двоюродной сестре, что отец уже запретил ему делать это. Он надеялся все же переубедить его, хотя в глубине души понимал, что это бесполезно.
— Папа дома! — закричала снизу Диана, но Джейсон даже не пошевелился.
Он так и лежал пока снизу не донесся раздраженный баритон отца: Эван ужин!
Запах запечённой курицы был таким аппетитным, что у парня потекла слюна, он понял, что действительно проголодался. Как зомби он медленно побрел к кухне, жадно вдыхая запах поджаристой куриной кожи, повернул за угол и встал в дверях.
Кэнди как раз укладывала курицу на блюдо. Диана, Глория и отец уже сидели за столом. Кухня неожиданно показалась Эвану очень маленькой для них всех.
... Почему наш дом такой маленький? Почему, я вынужден постоянно сталкиваться с мачехой? Почему от нее не пахнет мужской раздевалкой в спортзале? Почему она не наела огромную жирную задницу, бугристую и целюлитную, как шкура ананаса?
Он посмотрел на Диану, стараясь не замечать полные чувственные алые губы, не требующие помады, но это оказалось невозможно. Эван почти физически ощутил, как они прижимаются к его губам.
... Как может то, что должно быть противным, казаться таким притягательным? Целовать сестру по-взрослому в губы, я должен при этом испытывать неловкость или отвращение, словно трогаю губами собачью какашку. Разве не так должно быть с матерями и сестрами? В организме должен быть какой-нибудь генетический предохранитель! В противном случае во всем мире творился бы жуткий бардак и все мальчишки сходили бы с ума от желания переспать с мамами или сестрами, в период полового созревания!
Божественный субстрат