Он вскочил с дивана, обнял за талию сильно прижимая к себе, заставляя почувствовать животом твёрдость юношеских гениталий и его губы потянулись к моим губам.
— Серёженька, всё спать! — прошептала, отодвигаясь от него, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Очень устала.
Повернувшись к нему спиной, не знаю зачем наклонилась, помогая руками надеть комнатные тапочки, высоко обнажая, почти до самых трусиков, стройные ножки, заметив, что Сергей гладит дрожащий от напряжения член через трусы и выпрямившись, пошла в спальню.
— Спокойной ночи, милый, — незнакомым голосом бросила через плечо, заходя в комнату. — Интересных тебе снов.
***
Едва могла дышать, еле держалась на ногах. Влагалище пылало, залитое соками любви и похоти! Безумный разум и проклинал меня, и в тоже время умолял изнасиловать сына, схватить руками его набухший член, засунуть великолепную бархатистую головку в рот, сосать, с наслаждением глотать горячую сперму. Затем схватить его за волосы, подтащить лицо к мокрой, истекающей соками щели, заставить лизать, распухшие от возбуждения половые губы, нависший над ними грибочек клитора, ласкать язычком коричневую розочку анального отверстия. А потом …
Ладонь потянулась к промежности, нырнула под мокрые трусики, палец скользнул между половыми губами, накрыл налитый кровью клитор, быстро затеребил его вперёд-назад и мои колени подогнулись.
С трудом сделав пару шагов, села на кровать, закрыла глаза и широко развела ноги в стороны. Не мои пальчики глубоко проникали в разгорячённое чрево и теребили клитор, это Сергей, стоял на коленях между широко расставленных ног и его губы жадно сосали спелую вишенку клитора, его пальцы нагло исследовали разгорячённую мокрую дыру в распластанной манде.
Он атаковал вульву обеими руками, широко растягивая налитые кровью половые губы в стороны, безжалостно тёр жёсткий клитор. Пальцы так глубоко проникли в меня, что заставили повалиться на спину и согнув ноги в коленках задрать их высоко вверх.
Реально голова сына между ног, а половые губки у него во рту. Он сосёт клитор, зубы слегка покусывают его, языком ласкает чувствительную плоть, скользя по влажной расщелине вперёд, назад то быстро, то медленно, пытается проникнуть в коричневую анальную розочку.
— Ой …, как хорошо …, мой милый мальчик, — застонала, чувствуя, как волна оргазма поднимает на свой гребень. — Соси маму…, соси …, как давно мечтала об этом …
И неожиданно перехватило дыхания, задрожала, чувствуя, как оргазм захлестнул меня. Дыхание остановилось, бёдра напряглись, влагалище трепетало, по телу побежали судороги. А я продолжала теребить опухший клитор, быстрее и сильнее, чем раньше. Необходимо было кончить ещё раз! Прошло несколько секунд и второй оргазм обрушился на меня, наводняя влагалище огромным количеством соков. Но пальцы продолжали проникать в разгорячённое чрево ещё глубже и быстрее, издеваясь над клитором. Я задыхалась, засовывая ладонь в истекающую соками безумной похоти манду. Мне необходим был мужской член! Умирала без него!
— О, чёрт, — хмыкнула, почувствовав, как почти вся ладошка проникла в опухшую киску.
Я сжала ноги вместе, стараясь засунуть ладонь ещё глубже, теребя пальцами другой руки жёсткий клитор. Ущипнула его, потянула в сторону чувствительную плоть и мгновенно третий оргазм набросился на меня, заставляя влагалище бесконтрольно сокращаться.
— Ой, что ты делаешь со мной Серёжа! — громко заскулила, корчась в судорогах. — Превращаешь в шлюшка! Не приучай к этому! Ой, как хорошо с тобой!
И тут из-за рта полилась тирада матерных слов, которые давно исчезли из моего лексикона, умоляющая Сергея продолжить со мною совокупление в извращённой форме, не переставая теребить распухшие гениталии руками.
Я перевернулась на живот, встала на карачки, поднимая задницу
Мои похождения в лагере часть 2