на публике и послушной рабыней наедине. Мы продолжали уделять большое количество времени лингвистическим занятиям и разговорам «по душам». Во время них, она делилась своим огромным опытом, мыслями и размышлениями. Я не отставала от нее, часто спорила и вступала с ней в полемику. НН терпеливо выслушивала меня, а потом всегда заваливала меня своими фактами и наблюдениями. Мне очень редко удавалось переспорить ее. А после немногочисленных словесных побед, я переполнялась гордостью и светилась от счастья, будто сделала что-то действительно значимое.
Но чаще всего наедине мы погружались в пучины похоти, разврата и извращений. Госпожа часто порола меня, мучала и унижала. Я не переставала поражаться разнообразию действий и фантазии домины. Я регулярно ублажала ее всевозможными способами, а она, иногда, будто в благодарность, потрахивала меня так, как любила я, а не она: быстро, жестко, но без перебора.
Она продолжала обучать меня доставлять удовольствие и получать его. Иногда буквально дрессировала, а иногда доносила до меня необходимую информацию более мягкими способами. Женщина во всем знала меру, но обожала «ходить по краю», привнося в наши развлечения определенную долю экстрима.
Из нашей жизни исчезли другие любовники и любовницы, несмотря на активное внимание противоположного пола к нам обеим. Нам не хотелось никого со стороны, а регулярные встречи/занятия/сессии не надоедали. В целом наши «отношения» продолжалось около полутора лет и прекратились довольно резко.
Примерно за месяц до этого момента я стала замечать, что НН стала какой-то задумчивой и отстраненной. К примеру, когда я привычно вылизывала ее между ног, то женщина больше не вдавливала меня с силой в свою промежность, давая мне больше свободны действий. Встречи стали превращаться в рутину, но мне казалось, что это происходило не по моей вине и не по вине Госпожи. Присутствовал какой-то третий фактор. В один из вечеров она неожиданно позвонила мне и произнесла страшную фразу:
— Приезжай завтра часам к трем, нам нужно серьезно поговорить.
Конечно, я почти не спала в ту ночь, и на следующий день, минута в минуту, как штык стояла у порога наставницы. На мои звонки пару минут никто не отвечал, а когда дверь наконец распахнулась, то я не поверила своим глазам: из квартиры на меня смотрела абсолютно голая девушка! ДРУГАЯ девушка!
— Ты Алиса? – Без стеснения и удивления спросила она.
— Да...
— Отлично, проходи!
Как в тумане я пошла следом за ней. Причем девушка повела меня прямиком в спальню домины. Внутри меня все сжалось, и я сразу почувствовала себя обманутой... НН изменяла мне с другой! Конечно, она была вольна делать все что угодно и спать с кем угодно, но тем не менее... Мне казалось, что у нас в отношениях наступила полная идиллия, и если бы в нашей постели должны были появиться другие люди, то я бы должна была узнать об этом заранее.
Войдя в спальню, нежданная мной гостья и НН лишь подтвердили мои догадки об «измене». Госпожа лежала на собственной кровати в одном халате, полы которого были распахнуты в разные стороны. Ноги были раздвинуты и промежность женщины блестели от слюны и смазки.
Девушка сразу запрыгнула на постель, улеглась между гостеприимно разведенных ног и, судя по всему, продолжила свое прерванное занятие. А я лишь застыла в дверях как вкопанная.
— Привет, Алис, проходи! Это Станислава, можно просто Стася. Ах! Моя нижняя, которую я обучала еще до тебя. Ах! – Моя новая знакомая явно помнила, как сделать Госпоже приятно.
Лежа на животе, она покачала сложенными в коленях ногами из стороны в сторону, будто собачка, повилявшая хвостиком в качестве приветствия. Я совсем не понимала, что происходит. НН решила
молоко