— Благослава, здравствуйте, это снова я и снова с вопросами, можно? - спросил молодей стажер-следователь, войдя в палату, улыбаясь но сразу осекся.
— Девушка, испугано сжалась в углу кровати, накрывшись одеялом и испуганно ответила:
— Эти, «уроды» вчера приходили… сказали, если заявление не заберу, толпой изнасилуют, а потом живой в землю закопают… мне страшно!
Потом, она заплакала, тихо бормоча под нос:
— Заберите меня отсюда и отвезите к деду Мечиславу, он хоть и старенький, но защитит, я точно знаю…
— Хорошо, Слава обещаю, я вас… тебя в обиду не дам, хочешь, я тут каждую ночь дежурить, буду?
— Так они, подонки, днем приходили, а из охраны у нас только медсестра тетя Дуня, да старый врач Дормидонт Васильевич… еще пригрозили, что сегодня снова придут.
— Тогда я вас к себе заберу, у меня служебная квартира есть, точнее комната, но мы там точно поместимся!
— Вот, интересно вы рассуждаете, а в каком я там буду качестве? Любовницы или жены? У нас хоть и большой район, но почти все друг друга знают, вы уедете, а мне тут еще жи…
Договорить девушка не успела, так как в коридоре раздался женский крик дежурной сестры и пьяный возглас мужчины:
— Так, заткнись сука, «кабан» закрой ей рот чем ни будь, да утащи в кладовую, можешь с пацанами развлечься, а я к нашей «красавице» загляну!
По округлым от страха, заплаканным глазам, парень понял, что пришли вчерашние посетили. С грохотом открылась дверь и в нее ввалился огромный мужик, с бутылкой водки в руке. Отхлебнув прямо из горлышка он мутным взглядом обвел палату, уставившись на посетителя, потом икнув рявкнул:
— Слышь, кореш, ик… вали отсюда, вместе с цветами, ик… тебе другую «невесту» выбирать надо, эта уже «замужем», ик…
— Хорошо, я уже ухожу! - миролюбиво ответил полицейский и приподнявшись, резко выбросил руку. Слаженные пальцы вонзились в солнечные сплетения бандита, и он словно выброшенная на берег рыба стал хватать ртом воздух и таращить глаза. Легко подержав его за шиворот, и отобрав бутылку, парень уложил бандита на пол и накрыл одеялом, потом выглянув за дверь, исчез в проемной.
Тихо прокравшись в конец коридора, юноша услыхал в крайней комнатушке, жалобные крики женщины и пошлые комментарии мужчин:
— Так, засади ей по самые помидоры «чахлый», потом снова «кабан», опосля мы эту шалаву, в три ствола двинем...
То, что увидел, молодой парень, в рамки, его воспитания никак не вкладывалось… в его стране, где женщина была «душой» семьи и очагом «покоя», здесь трое «имбицилов» грубо насиловали женщину, годящуюся им в матери, и еще при этом обсуждали ее достоинства:
— Вишь, вымя какое отрастила, а волосню не бреешь, что муж к тебе, «там», совсем не заглядывает, так мы это дело быстро поправим, говори свой адрес? Может у тебя и дочка есть мы и ее счастливой сдела…
Хлесткий удар ноги в голову первого бандита, прервал его умозаключение, а захват с жутким хрустом руки второго, красноречиво показал, что без гипса уже не обойтись, третьего насильника женщина сама скинула на бок и со всей силы ударила его по голове, подвернувшейся железной «уткой» …
— Спасибо тебе милок, ты извини что я в таком виде, эти охальники чего удумали - то, ты Славку защити… бедная девочка, эти «звери» ей жизни здесь не дадут: - натягивая на себя рванную одежду, медсестричка, тихо всхлипнула и сказала:
— Мне тоже пора отсюда увольняться, давно сестра к себе звала, да и дома у меня действительно дочка несовершеннолетняя есть, не хочу ей такой судьбы, а мужа то у меня и вовсе нету, к молодухе подался…
Послушная