между ног парня и, памятуя об опыте первого вечера, все равно ввела свой пальчик в его задний проход. Поза была не слишком удобной, и Любе пришлось довольно долго искать бугорок простаты, при этом не забывая ни на секунду о любимой «игрушке», с искренним наслаждением посасывая и облизывая её.
Чак, запрокинув голову и прикрыв глаза, балдел от удовольствия, старательно двигая бедрами навстречу ласковым губкам подружки. Он то глубоко проникал в ротик Любы членом, то крепко насаживался задницей на её палец. Иногда парень прерывал свои движения и внимательно с какой-то затаенной гордостью наблюдал, как блондинка запускает твердый пенис между губ, как он исчезает где-то глубоко во рту или оттопыривает щечку девушки. Чак протянул руку и принялся мягко, нежно поглаживать Любу по голове, лаская короткие густые волосы.
Давненько она с таким удовольствием не сосала мужчине. Наверное, последний раз в охотку и больше для себя, чем для партнера, Люба это делала сразу после окончания школы. Она неожиданно увлеклась процессом настолько, что не заметила, как поднапрягся Чак и – вдруг – стал сливать ей в ротик густую вкусную сперму. «Вкусную? – блондинка очнулась от собственных блаженных ощущений. – И в самом деле». Ни какого намека на горечь, как у регулярно пьющих мужиков. Лишь терпкий андрогенный вкус с легкой, едва заметной сладостью, ощущаемой разве что на корне языка.
Люба с удовольствием сглотнула все, что выпустил из себя Чак, обтерла ладошкой губы и улыбнулась, похожая на сытую довольную кошечку. Парень в легком недоумении продолжал стоять перед ней, похоже, сам ошеломленный такой неожиданной развязкой.
– Тебе – как? – приходя в себя, спросил он озабоченно.
Наверное, Чак впервые в своей жизни не просто дал девушке «на клык», бывало в его небогатой сексуальной биографии такое, но и спустил в ротик. Потому и интересовался её интимными ощущениями. А еще – ему очень не хотелось чем-то даже случайно обидеть Любу, так внезапно открывшую ему путь в мир удивительных наслаждений.
– Вкусненько, – соблазнительно облизнулась блондинка. – Ты молодец, Чак, не остановился. И не смущайся, мне нравится сперма. А у тебя – ей-ей, не вру! – это что-то особенное.
Продолжать сравнение она не стала. Конечно же, парень понимал, что он у Любы не только не первый, но может быть и не сто первый, но к чему было заострять на этом внимание?
Девушка аккуратно вытащила из его попки давно пребывавший там без движения палец. Как и в первый внезапный раз он был чистенький, вымазанный только жирными следами вазелина. «Клизмиться он, что ли, каждый день? – подумала блондинка. – Кажись, такого не замечала. Может, просто физиология такая... везучая». Чтобы не шокировать партнеров «встречным паровозом», ей иной раз приходилось прочищать кишечник очень долго и муторно. Но эти мысли как-то сами по себе исчезли из белокурой головки.
Неожиданно она спросила:
– Чак, а тебя как зовут-то? Всю неделю с тобой, и только и слышала от других: Чак и Малыш.
– Иннокентий, – смущенно признался парень. – Только я уже давно забыл, как меня Кешей называли.
– Вот я и буду теперь только так тебя назвать, – заверила Люба и тут же, чуть нараспев, произнесла: – Ке-ша! Пойдем!
Блондинка встала с постели и, сильно притянув к себе парня, впилась ему в губы поцелуем. Тут и выяснилось, что Кеша целоваться просто не умеет. «Ну, не научили, – признался он. – Раз уж асексуалом был, то какие тут горячие поцелуи».
– Пошли на кухню, – скомандовала она. – Я там у тебя вино видела на полке. Надо выпить!
Мой первый раз