Я завизжала, и мне показалось, что его член стал вдвое длиннее, и каждый его дюйм врезался в меня. Я издала пронзительный вопль, когда моё тело напряглось и взорвалось. Голова закружилась от восторга, когда он взорвался, вдавливая член в меня. Я чувствовала, как он дрожит, невероятно увеличиваясь внутри меня. Затем огромная горячая волна заполнила мою киску, и я упала на него.
Открыв глаза на следующее утро, я вздрогнула и прижалась к его спине, когда туман от утреннего воздуха накатил на нас. Я попыталась натянуть его на себя, как живое одеяло. Моё извивание разбудило его, и он рассмеялся.
— Что ты делаешь, Мари?
— Смейся, если хочешь, но мне холодно! — Пожаловалась я. Потом я поцеловала его между лопаток, мои руки блуждали по его спине. Мои пальцы коснулись шершавого места, и я посмотрела вниз.
— Что это? — Спросила я. На пояснице у него было неровное красное пятно размером с десятицентовик.
— Это родимое пятно. — Он перевернулся и обнял меня. — Оно есть у всех мужчин в моей семье, — его глаза блеснули. — Когда у нас будут дети, тебе лучше быть начеку. Если это мальчик, то у него должно быть такое пятно, иначе я узнаю, что ты встречалась с молочником.
Я хихикнула. — Я запомню это. Но ты не волнуйся, — я крепко поцеловала его, — я не валяю дурака ни в каких отношениях.
Через несколько месяцев мы поженились на тихой гражданской церемонии. Единственным разочарованием было нежелание Эви быть моим свидетелем. В конце концов она согласилась, но я удивлялась, почему она так противится моей свадьбе с Иваном. Свидетелем Иванабыл наш коллега, приятель Ивана по покеру и рыбалке и лучший друг Дэвид. Он был высок и широкоплеч, с резкими чистыми чертами лица и кожей темного полированного чёрного дерева. Я не раз пыталась подтолкнуть Эви к нему, когда мы с Иваном сблизились, но безрезультатно. Похоже, она его тоже не интересовала.
Время шло, и поначалу всё шло хорошо. Я полагаю, что через пару лет мы привыкли к рутине, в которую впадает большинство пар: работа; общественные мероприятия, как связанные с бизнесом, так и другие; и ещё больше работы. Секс, который был практически постоянным сначала между нами, сократился до еженедельного, затем через неделю, а затем стал действительно редким.
Я уверена, что была так же виновата, как и Иван, в угасании нашей сексуальной жизни. И не только наша сексуальная жизнь, последние месяцы показали резкое падение объятий и поцелуев и даже простых прикосновений и слов, которые пара использует, чтобы заверить друг друга в своей любви.
Я пыталась, и я был уверена, что Иван тоже. Я тренировалась и старалась следить за своим весом и общей физической формой. Но слишком часто по вечерам я работала допоздна и питалась пивом и пиццей. Я боролась изо всех сил, но с тех пор, как мы поженились, прибавила несколько фунтов.
Потом была проблема с детьми. Иван предложил подождать несколько лет, пока наше финансовое положение не улучшится. Я согласилась, наслаждаясь мыслью о том, что смогу быть полноценной мамой, когда придёт время.
Однажды в пятницу я решила повернуть тенденцию вспять. Я вернулась домой рано, приготовила жаркое и открыла бутылку вина. Я три недели копила деньги на расходы и потратила их на новую черную кружевную ночнушку. Рассчитав время прибытия Ивана, я накрыла на стол, зажгла свечи и разлила вино, когда его машина остановилась на подъездной дорожке.
Я совсем забыла. Это была третья пятница месяца, и он играл в покер с Дэвидом. Иван был любезен и благодарен, но напомнил мне,
Истории из моей жизни - 2. Дачный период