в день, утром и вечером. Утром приходилось вставать очень рано, но меня это не напрягало. Напрягало другое: я никогда не была собачницей, в отличие от Таньки с её ретривером Симбой. У неё постоянно были собаки, ещё когда в школе учились. С собаками она была "на ты". Она играла с ними, они прыгали вокруг, лизали ей лицо... Вот пакость! Никогда не понимала этого свинства. Тебе лижет лицо пёс, который только что лизал у себя под хвостом... Фу, мерзость!
Когда я согласилась взять на время Симбу, то представляла себе чинные прогулки с собакой на свежем воздухе по красивым местам, когда пёс послушно семенит рядом. На деле, почувствовав свободным от своей хозяйки, Симба отрывался по полной. Он, сопя, таскал меня по каким-то пустырям и закоулкам, поминутно всё обнюхивая и периодически закидывая ногу на какой-нибудь столб. Меня он не слушал совершенно. При этом он был разгильдяйской жизнерадостной псиной, норовящей встать на задние лапы, обслюнявить меня и запачкать одежду грязными лапами. Мой муж Илья тоже был не в восторге от собаки, и наши отношения, переживающие не самый лучший период, перешли в период перманентного охлаждения. Спусковым же механизмом этого разлада послужило заключение врачей о том, что Илья не может иметь детей.
И художества Симбы меня стали всё более раздражать, пока я не нашла выход. Отводила своего питомца в парк, к детской площадке привязывала к дереву на длинном поводке, а сама садилась читать на скамейку, на которой обычно располагались мамочки. Но даже с книгой в руках мне не удавалось сохранять более – менее благопристойный вид дамы с собачкой, увлечённой классической беллетристикой, поскольку неподалёку возился, гавкал и скулил неугомонный пёс.
— Простите, девушка! Это ваш пёсик там страдает? – раздался неподалёку дребезжащий голос.
Рядом стоял невысокий старичок в очках – велосипедах с внимательными умными глазами, клинообразной бородкой и в соломенной шляпе. Одежда серенькая, неприметная, обувь опрятная. И шляпа! Кто в наше время носит шляпы? Рядом с ним стояла собака. Похожая на Симбу, кстати, только тёмная.
— Нет, не мой. Соседский.
— Понятно. Не любите собак?
— Не люблю.
— Ох, простите!
Он церемонно приподнял шляпу.
— Лев Давидович, позвольте представиться.
— Троцкий?! – вырвалось у меня.
Старичок добродушно похихикал.
— После сериала «Троцкий» меня начали узнавать. А раньше всё говорили: «О, KFC!».
— Понятно! – засмеялось я в ответ – А я – Юля.
— Очень приятно! Вы позволите, Юлечка?
Старичок своей старомодной вежливостью производил на меня самое приятное впечатление. Он присел рядом со мной на скамейку и непринуждённо заговорил. Несомненно, он был самым настоящим интеллигентом. Как жаль, что он уже старик! Разговор постепенно перешёл на собак. Лев Давидович помялся и затем сделал неожиданное предложение.
— Юлечка, а что если мы повяжем вашего пёсика с моей Джуди?
— Повяжем?.. Это... То, о чём я подумала?
— Да, вы не в курсе терминах собачников. Устроим небольшую собачью свадьбу.
Я конфузливо рассмеялась.
— И сыграем собачий вальс. Мне впервые делают такое предложение!
Мы оба рассмеялись.
— Собачья свадьба – это звучит необычно, - согласилась я – Давайте попробуем. Правда, пёсик не мой.
— Думаю, хозяйка не будет против, если её питомец немного развлечётся.
Я фыркнула.
— Пожалуй.
— Я буду держать Джуди, а вы подведите вашего пса... Так, хорошо...
С некоторой неловкостью я наблюдала за неумелыми попытками Симбы
Бандиточка