крик. Бедра сжали голову Димы, как в тисках, руки, только что ласково обнимавшие его за шею, обрели железную хватку и прижали его лицо к промежности. Нос уткнулся во влагалище, Дима почувствовал, что задыхается. Он лихорадочно вдохнул раскрытым ртом.
Марина, сжав лицо сына таким образом, с криком стала яростно тереться передом о его лицо.
Дима понял, что он не вырвется и попытался хоть как-то ускорить оргазм мамы язычком, но получалось слабо. Впрочем, это и не требовалось, мамуля вполне справлялась сама. Сын был ошеломлен - мама, его нежная, добрая мама-мамуленька, которая его всегда так хорошо понимала, фактически насиловала его самым циничным и бесстыдным образом. Но, как ни странно, ему это нравилось. Казалось, несколько минут назад он уже был страшно перевозбужденным, но то, что он чувствовал сейчас, не поддавалось никакому описанию. Казалось, тронь, и его разорвёт изнутри.
Наконец, Марина, прижав его лицо еще сильнее, надрывно вскрикнула и откинулась назад. Она тяжело дышала, на лице расплылась блаженная улыбка.
— Мой мальчик, прошептала она - ты был великолепен!
Марина поцеловала его перемазанные в смазке губы. Дима лёг на неё и снова сжал её груди. Его член упирался ей в низ живота. Марина слегка развела ноги и помогла ему ввести член.
Это было счастье, в которое Дима не верил, даже когда член погрузился в горячее лоно. Ещё каких-то два часа назад он расстроенный плелся домой, и вдруг…
— Мама-мамочка, какая же ты хорошая…
Он застонал. Наслаждение продлилось ровно пять секунд. Дима, не выдержав испытаний сегодняшнего дня, испытал преждевременной, хотя и очень мощный оргазм. Он до предела ввёл пенис, навалился на мать и содрогнулся и замер.
Марина обняла его крепче.
— Всё хорошо, малыш...У тебя сегодня был нелёгкий день…
Дима спал, Марина с нежностью смотрела на него.
"Нет, он не гей, это точно…" - подумала она и тоже заснула.
Танюшка и Катюшка