Румянец на щеках темноволосой девушки стал еще сильнее. Две подружки дружно гладили стесняшку по плечам, успокаивая ее. Первой подала голос миловидная блондиночка:
— Даш, это только ради фильма. Понарошку, помнишь, как условились? На самом деле Валера не будет давать тебе в ротик, это только сцена в кино, не более. Нужно себя пересилить, мы же не зря все это затеяли?
— Вероника, тебе легко говорить! Ваши сцены будут только через пару часов! А мне вот первой выпало по сценарию, будь он не ладен!
Валера, который и писал сценарий, нервно кашлянул. Он волновался едва ли меньше девушек и даже попросил их отвернуться, когда раздевался. Впрочем, его просьба была излишней, поскольку девочки и сами прикрыли глаза ладошками, чтобы лишний раз не смущать парня, поскольку Дашина роль сейчас не предполагала, что она будет голенькая.
По сценарию на ней был коротенький халатик, с облачением в который, кстати, тоже было не все так просто — Даша упорно пыталась уговорить остальных участников съемок на менее откровенный наряд, но у нее ничего не вышло. А в последующих сценах актрисам-дебютанткам уже самим придется сниматься обнаженными, так что девочки не хотели преждевременно вгонять в краску единственного парня в составе съемочной группы, который вдобавок и был инициатором создания фильма, можно сказать, его режиссером.
Сам режиссер, который сидел спиной к девушкам на другом краю кровати, еще раз кашлянул и подал голос:
— Даш, ну кому-то из вас нужно было быть первой, ты же понимаешь. Так выпало по сценарию, мы же условились, что не будем от него отступать. Я ведь тоже чувствую себя не в своей тарелке — думаешь мне будет легко играть сцену, в которой ты берешь в ротик мой член?
Даша сначала как-то даже не подумала, что аналогичные чувства смущения и робости может испытывать не только она сама, но и партнер по съемочной площадке. Ей почему-то казалось, что сцена минета страшна исключительно для принимающей стороны, а вот дающий партнер будет словно каменная статуя, во всех смыслах.
— П-правда? Ты тоже волнуешься? — Даша оглянулась на Валеру, который напряг спину и усиленно глядел в окно, стараясь не замечать в отражении прелестный Дашин профиль — миниатюрный халатик едва прикрывал ее стройные ножки, а вырез декольте давал возможность всем окружающим наслаждаться чудесными формами девушки.
Вместо ответа Валера лишь судорожно кивнул. Рыженькая Оля вздохнула, и погладив подругу по плечу, добавила:
— Даша, ты ведь можешь не сразу брать его глубоко. Сначала лизни, коснись язычком, поцелуй...
— Поцелуй?! Куда? — взвилась Дарья, метнув кинжальный взгляд в свою очаровательную подружку.
— Ну, в пенис... — опешила Оля, отдернув руку от плеча Даши, будто обжегшись. — Я видела такое в порно. Почему нет?
— Так а почему вообще мы начинаем именно с минета? А? Ведь в сценарии есть кроме орального секса и поцелуи, и петтинг, и даже просто обнимашки с лапаньем за грудь! Почему нельзя начать с обычных поцелуев?! В губы, в щечки, в шею, в конце концов?! Разве это не логично? Сцена минета ведь не в начале стоит, почему нельзя по порядку снимать, не понимаю! — Даша раскраснелась от гнева. Закончив тираду, она сложила руки на груди и уставилась в стену.
— Так, это видимо ко мне вопрос, — хрипло сказал Валера. — У данного решения есть четкое обоснование, я вам еще вчера говорил, но, видимо, недостаточно акцентировал на этом моменте внимание. Дело в том, что я решил идти от сложного к простому, чтобы когда самое жуткое будет позади, снимать остальные сцены на волне морального подъема, с осознанием, что ключевые кадры
Укрощение звезды Глава 2, заключительная