трахнул его мамашу училку, белокурую фрау Агнет. А Герхард по справедливости выебет мою мать, рыжую атаманшу Маришу.
— Я наслышан о красоте русских женщин из книг. И буду очень тебе признателен за знакомство с твоей мамой Костя. - ответил мне Герхард, а я увидел каким похотливым блеском загорелись глаза молодого немца.
Ещё бы, трахнуть зрелую беременную русскую, да ктому же мать друга, и возможно у него на глазах, это предел мечтаний для молодого немца.
А я смотря на спящую Берту, подумал, что благодаря ей, моей возникшей из ниоткуда пожилой дочки, у нас в Плетнёвке опять будет полный дом женщин. Только мужиков как всегда не будет хватать.
Я с Герхардом, да и Витёк с Петро. Нас четверо на семь баб, правда госпоже Мари и её любовнице Колетт, член особо не нужен. И мы как-нибудь с ними справимся, учитывая наличие в подвале под домом родителей Михалыча, запасов " панцершоколадок" и " первинтина".
— Но только она замужем, за молодым парнем, нашем с тобой ровесником Герхард. Хотя молодой муж моей мамы, не против её шалостей со мной и с моими друзьями. - обнадежил я сына фрау Агнет и его глаза в полутёмном салоне самолёта, ещё сильнее загорелись похотливым огнём.
На этом наш разговор закончился. Мне вдруг жутко захотелось спать, ведь мы с Бертой были целый день в дороге. Совершив марш-броск из Кёльна в Нормандию и обратно.
Летели по воздуху на самолётах, мчались на машине по дорогам Франции, и непрерывно занимались по пути сексом. И мой молодой организм дал сбой. Мне нужно было поспать чтобы восстановить силы перед посадкой в США. Неизвестно что нас там ждёт? Но то, что мне снова придётся работать членом, я уже не сомневался. С Бертой не соскучишься и она всегда найдет на мой конец, влажную киску.
— Проснись соня, мы над Невадой уже летим. - сидящая рядом со мной Берта, растолкала меня, показывая рукой в иллюминатор.
А там ярко светило ☀️ солнце, внизу под нами простиралась пустыня, и вид её с большой высоты создавал понораму каких-то марсианских пейзажей.
— Через полтора часа, будем в " Городе Ангелов". Так, что просыпаетесь сони, нужно взбодриться и выпить кофе. - Берта растормошила сидящего рядом с ней Герхарда, ласково погладив своего будущего мужа по голове, тёплой материнской ладонью.
Молодой немец проснулся и поцеловал руку пожилой немки, благодарным любящим поцелуем.
— А твоя подруга Джемма, в самом Лос - Анджелесе живёт? Так хочется на холм с надписью Голливуд посмотреть. - спросил я у Берты, в надежде исполнить давнюю мечту, увидеть своими глазами огромные буквы на холме "Маунт Ли", составляющие название знаменитой киностудии.
— Нет, Джемма живёт не в Лос-Анджелесе, а в двести километров от него, в небольшом городке Чарминг на границе с Мексикой. - ответила мне Берта, беря из рук проходящей по проходу стюардессы, три чашки ароматного горячего кофе.
Бодрящий, горячий напиток был сейчас как никогда кстати. И утренний кофе снял с меня прочь остатки сна.
Я смотрел на красивые ножки длинноногих немецких стюардесс, одетых в фирменную одежду авиокомпании "Люфтганза".
А именно в чёрные приталенные пидажки с глубоким вырезом, в такого же цвета юбки по колено, и в белые рубашки, большие воротники которых торчали поверх пиджаков.
На головах у стюардес были надеты маленькие круглые шапочки чёрного цвета. И они делали этих милашек безумно привлекательными.
— Мне всё равно нужно в Центральный банк Лос-Анджелесе заехать. Ещё перед поездкой в Нормандию, я перевела часть средств вырученых от продажи вашего золота Костя, в банк " Города Ангелов". А там мне выдадут чековую книжку, и нам
Пирсинг в пупке и в вагине.