форме, весь мандраж, нервяк и трясучка сразу начали отступать на задний план, с большой охотой сдавая свои позиции нахлынувшему возбуждению. И на то, кстати, были причины. Если работа в борделе основательно остудила мое желание делать процесс, приносящий потомство, то ненасытная Марина и темпераментная Дашка все исправили, вернув меня на пик сексуальной активности, каким он должен быть в мои годы. А это значит, что утренний перепихон в составе квартета был для моего организма только разминкой, вызвавшей аппетит. Который, как известно, приходит во время еды.
Так что мой фаллос быстро отозвался, и принял уже привычную для него болезненную твердость, натянув кожу до предела. Я ожидал, что Алина возьмет его в рот, как обещала, но она продолжала гладить, скользя ладошками по поверхности ствола, и время от времени набигаясь, чтобы слизнуть выступившую на головке солоноватую капельку, и каждый раз облизываясь. Надо отдать ей должное, даже сейчас она не переставала крутить головой, контролируя обстановку, хотя в темноте слышалось только сонное дыхание Софии, и больше ничего.
В конце концов, она забралась на кровать, быстро поцеловала меня в губы, и притянула мою голову к своей груди.
— Поласкай мои сосочки, так приятно, когда это делает мужчина.
Я с удовольствием выполнил ее просьбу, облизывая и посасывая эти твердые, восхитительные на вкус вишенки, слушая ее тихие, одобрительные стоны. В это время мои руки скользили по ее телу, исследуя его, а когда дошли до низа живота, Алина с готовностью раздвинула бедра, позволяя ласкать ее влажное, горячее лоно. Нащупав кончиком пальца выступавший из-за капюшончика клитор, я начал не спеша массировать его, продолжая в это время заниматься любовью с ее великолепной формы грудями, уделяя им на этот раз особое внимание.
Довольно долго мы так возились, я наслаждался ее грудями и ласкал ее киску, а она дрочила мой член, нежно щекоча пальчиками мошонку. Пару раз мы поцеловались, но тоже по особенному – наши губы разошлись на расстояние в несколько миллиметров, а наши язычки, высунувшись наружу, словно устроили дуэль, переплетаясь друг с другом, но так и не выявив победителя. Постепенно обычное возбуждение тоже ушло, сменившись просто диким, нереально диким возбуждением. Кого-кого, а сексапильной капитана полиции в составе особого отдела при министерстве внутренних дел у меня еще не было.
— Еще напряженный, но уже в другом месте, - заметила Алина, и толкнула меня в грудь, укладывая на спину. – Непорядок!
И тут она снова меня удивила – я ожидал, что она сядет верхом, пустив моего дружка в свою гостеприимную норку, но вместо этого она припала ртом к моим соскам, слегка прикусывая их и вызывая балдежный кайф, а потом спустилась ниже, и начала играться своими упругими сиськами с моим пенисом, проводя по его поверхности твердыми сосочками. Было видно, что Алина не спешит насладиться проникновением, больше получая удовольствие от того, что в ее руках сейчас – то, что женщины раньше имели в изобилии, а теперь вынуждены были из-за этого чуть ли не драться. Но вечно продолжаться так не могло, поэтому она очень скоро легла сверху, вводя раздутую головку фаллоса в свою изголодавшуюся по мужской плоти пизденку.
— Плохой мальчик, - прошептала она мне в губы, ее глаза сверкали в полутьме (луна светила в окна) огнем неудовлетворенного желания. Эти слова и этот взгляд внезапно вызвали в моем сознании какое-то странное чувство, даже не чувство, а скорее вырвали из воспоминаний нечто, давно забытое. Однако это не помешало прелестной капитанше насадиться на меня до упора, а потом припасть к моим губам в поцелуе, ритмично двигая тазом. Ее тихие
Этюд в розовых тонах