скользкое трение члена о стенки влагалища было невыносимым. Я обрушился на тело мачехи. Сначала гул в ушах стих, я почувствовал тепло и трепет женского тела, прикосновение ее грудей и набухших сосков. Потом внизу живота заклокотало, бурный поток зародился глубоко во мне и начал нарастать с такой силой, что я оказался беспомощным перед его мощью. Не прошло и нескольких секунд, как сперма хлынула в теплое, мягкое вместилище и я завыл.
Женские руки гладили по моей спине, вызывая приятный трепет кожи. Я поднял голову с груди мачехи и понял, что хлюпающие звуки не обманули меня - молодой человек опустился на колени возле ее головы и она, действительно, сжала губами его крепкий член. В другой момент я бы с брезгливостью отпрянул, но теперь это не имело никакого значения. Да, она сосала член, да в непосредственной близости от меня, но я лежал и бездействовал. Сжатие стенок влагалища было ритмичным и таким медово сладким, что даже опавший пенис получал наслаждение. Я водил им вдоль канала, слабо работая бедрами.
Когда ощущения укрепились и снова стали вызывать настоящее удовольствие, я приподнялся и ускорил движения, но вялый ствол выпал при первой же попытке. К моему изумлению, свод влагалища был так любезен, что мокрый и податливый, снова принял гостя. Мягкий ствол с легкостью погрузился в приятное тепло - он своевольно изгибался, но без особого усилия преодолел растяжение половых губ. Именно теперь, без избыточной чувствительности я и познал настоящее наслаждение. Гибкий орган сновал в мокрой пещерке, выпадал, сминался о лобок и снова вдавливался в мокрую пизду.
При каждом погружении лишенный твердости поршень выдавливал из глубины теплую смесь женских выделений и спермы. Она вытекала по краям и сочилась между ягодиц мачехи. Невероятный, незнакомый доселе тонкий аромат наполнил комнату. Женщина стонала и выла, она жадно заглатывала член старшего пасынка, пока я нагружал ее влагалище. Каждый участник трио получал свою порцию блаженства. Очевидно, что мачеха отдавала предпочтение более крупному самцу, любезно позволяя пользовать свою щель не самым убедительным образом. Лишь, когда я затвердел, она прервала соитие и жестом рук поменяла нас местами.
Молодой мужчина устроился между ее ног и без промедления принялся таранить ее лобок, а я подобно ему, расположился над лицом мачехи. Член оказался во рту, но былого усердия мне не довелось испытать - рот широко открывался, ловил воздух и всячески игнорировал присутствие пениса. Женщина изнемогала под взрослым пасынком, она извивалась, черты лица приняли выражение блаженства, но ей не доставало сил уделять внимание моему члену. Случайные прикосновения губ - единственное, что досталось мне от ее экстаза. Молодой человек держался на вытянутых руках, мускулы напряглись и дрожали от усилия, спина не прекращала поступательных движений и скоро толчки участились. Звуки мокрых шлепков кожи разносились по квартире.
Вдруг мужчина замер, зажмурился и облегчение отразилось на его лице. Только тогда моя очередь вступила в свои права - мачеха принялась с голодным усердием обрабатывать мой набрякший пенис. Она неуклюже вращала головой, чтобы впиться в нависший над лицом член, ловила раскачивающуюся в воздухе залупу и, наконец, запрокинула голову назад на столько, что я смог самостоятельно ввести пенис.
В этой позе, пока старший компаньон еще покрывал женское тело, я буквально трахал рот мачехи, зажав ее голову между коленей. Пока она сохраняла это положение и удерживала горло от самопроизвольных сглатываний, я мог наслаждаться ее ртом. Глубокими движениями я вводил член в самую глотку и даже мог видеть очертания залупы на нежной женской шее, когда прижимался низом живота к ее лицу. Но стоило ей закашляться или изменить
Мама на море (Части 1 - 3)