извиниться, но я не хотела иметь с ним ничего общего. В конце концов, я нашла другую работу и узнала, что Лайл погасил ипотеку и мой автокредит. Поскольку я отказывалась его видеть, его адвокат принес на мою новую работу заверенный чек на миллион долларов. Первым моим побуждением было разорвать его. Но я поняла, что мне, возможно, придется жить без финансовой помощи мужа, и взяла его. Учитывая ущерб, который Лайл причинил моей жизни... это было самое меньшее, что он мог сделать.
Использовав часть денег, чтобы нанять детективное агентство, я узнала, что Джим покинул страну, чтобы работать в британской компании. Когда я связалась с ними, они отказались сообщить мне его местонахождение.
Подумав о его подружке в командировках, я попыталась связаться с Белиндой Грей. Но она тоже ничего не получала от Джима. По крайней мере, так она мне сказала. Я умоляла ее сказать, где он, но она поклялась жизнью своих детей, что не знает. Мы обе обещали сообщить другой о том, что узнаем.
Потом, три месяца назад, мне вручили документы. С того дня мы официально расстались на полгода. Если я ничего не сделаю, то через три месяца мы разведемся официально, так как у нас нет детей. Я отказалась подписывать бумаги, надеясь, что он передумает.
В отчаянии я посылала его британскому работодателю для Джима письмо за письмом. Я все объяснила Джиму, надеясь, что он поймет и вернется домой.
Джим,
Я знаю, что причинила тебе боль, позволив Лайлу прийти в наш дом и говорить тебе гадости. Я была неправа по многим причинам. Я знаю, то, что он сказал, было обидно. Я уже почти кончала в момент, когда он сказал это, что мое сознание едва уловило. Но увидев тебя в дверях, я поняла, какой ущерб это нанесло твоему сердцу и эго.
Пожалуйста, вернись домой. Я люблю тебя.
Эмс.
Все, что я получила после этого, была небольшая записка.
Мое сердце поправится. Но мое эго дорого мне, если не тебе и твоему ублюдку.
Просто подпиши бумаги.
Пошла ты, Аманда.
Но я просто не могла все отпустить. Вместо этого я отправила Джиму еще несколько писем, которые остались без ответа.
А сегодня позвонил Лайл и захотел поговорить.
***
– Ты ревновал меня к Джиму? – спросила я, пытаясь сдержать гнев. – Но почему?
– Потому что он был всем, чем никогда не был я. Я знал, кто такой «Морской котик» и послужной список Джима. Я ведь нанял его, если помнишь? И...
– И что? – выплюнула я в него.
– И у него была ты, – был его единственный ответ.
Он истекал кровью в том месте, куда я ударила его по голове настольной вазой. За все время, что я его била, он ни разу не сопротивлялся, разве что пытался прикрыть голову. Его руки были порезаны и кровоточили так же, как и голова. Все, что он повторял, было:
– Мне очень жаль, Мэнди. Мне очень жаль.
Чем больше он говорил «Мэнди», тем сильнее я его колотила. Я потеряла всякое чувство здравомыслия.
– Жаль, держу пари, что тебе очень жаль, ублюдок! – кричала я. – Ты разрушил мою жизнь и брак. Джим в сто раз лучше тебя. У него и член больше и характер больше, чем у тебя. Он отдал меня тебе на время, пока был в отъезде. Но тебе этого оказалось недостаточно. Ты, хуесос, не так ли? ТАК ЛИ ЭТО?
Спустя пять минут двум полицейским пришлось оттаскивать меня от Лайла.
Он хныкал и говорил: «Мне очень жаль», когда полицейские надевали на меня наручники.
– Не делайте ей больно. Это моя вина, – плакался он копам. – Я разрушил
Взрослая стажировка, в детском саду