Таня же явно подходила к финишу – это было заметно по ее учащенному дыханию и еще более громким стонам. Вот она дрогнула и тяжело дыша обмякла на мне. Девушка полежала на мне несколько мгновений и сползла рядом на кровать. Она обессилено лежала рядом и вяло дрочила мой по-прежнему эрегированный член.
Окончательно отдышавшись через несколько минут, Таня, продолжая неспешно ласкать мой член, прокомментировала мою эрекцию:
— Так дело не пойдет, сейчас все поправим. А то так и до застойных явлений недалеко.
Она села рядом со мной, взяла мой член в руку и стала энергично дрочить его. Первое время ничего не происходило – я только безучастно смотрел как моя головка то пропадает, то появляется из под крайней плоти. Но вдруг я почувствовал, что появляется возбуждение и я скоро кончу. Я прикрыл глаза, сжал ягодицы и стал ждать уже явно подступающий оргазм. Таня продолжила дрочить мне.
Буквально через несколько мгновений защекотало в головке, меня немного скрутило судорогой и я увидел как из кончика моего члена вытекло несколько капель спермы. Я закрыл глаза и обессилено застыл.
Таня чем-то негромко погремела и произнесла:
— Марина Николаевна сказала, что тебе нужно отдохнуть.
Я открыл глаза и увидел в руках девушки шприц. Я забился в удерживающих меня путах, но, как и следовало ожить, это не принесло никаких результатов. Таня уколола меня в бедро, почти сразу навалилась какая-то глухая усталость и я уснул.
Нравы в психбольнице. Часть 2
(история выдуманная)
Очнулся я отдохнувшим и выспавшимся. Некоторое время бездумно и расслаблено разглядывал потолок, толком не понимая где нахожусь.
Тут вдруг меня что-то кольнуло изнутри. Я резко вспомнил визит к тете в больницу и последовавшие за этим унижения. С некоторым страхом я скосил глаза вниз и увидел, что я одет в новую больничную пижаму и больше не привязан к кровати. Только на моих ногах были одеты что-то типа мягких кандал, которые несколько сковывали движения, но позволяли тихонько ходить. Присмотревшись к замкам на этих устройствах, я понял, что самому их не снять.
Я тихонько семеня, побрел в туалет в своей палате, умылся там и, подойдя к двери своей палаты, стал стучать и кричать:
— Эй, откройте!
Мои кулаки врезались в мягкую обивку двери и ударов было почти не слышно. Звук тоже гасился внутри палаты об обивку стен. Однако через несколько минут дверь палаты открылась и вошла моя тётя со знакомыми санитарками.
— Что буянишь? – ехидно произнесла она – смирительную рубашку и кляп захотел?
Слова возмущения, едва не сорвавшиеся у меня с губ, замерли внутри меня. Понятно, что сопротивляться было бесполезно.
— Пойдем со мной, покажу кое-что – сказала моя родственница.
В сопровождении санитарок я неловко поковылял за своей тетей. Через несколько дверей мы остановились перед окном, выходящим не на улицу, а в другое помещение, точнее большую палату со множеством кроватей.
Зрелище, представшее передо мной было омерзительным, но в тоже время каким-то возбуждающе-завораживающим. В палате находилось примерно полтора десятка парней, примерно моего возраста; все они были обнажены и либо совокуплялись друг с другом в разных позах, либо просто дрочили или сосали члены друг другу. Это было похоже на какую-то гейскую групповуху.
— Фууу, что это? – с отвращением протянул я и повернулся я к тете.
— Ооо.. – ответила тётя – это я интересный социальный эксперимент провожу.
— Все эти ребята пытаются косить от армии и поступили ко мне в стационар для обследования. Поскольку понятно, что все они здоровы по моему направления, вот я и решила наказать их, а заодно подсобирать себе материал для диссертации.
Однажды на службе