Шелли, изогнувшись, проехала своей грудями по его паху и потерлась ими о твердый член, чувствуя как он трепещет между ними... Она свела свои груди вместе, плотно зажав между ними пенис сына и начала так двигаться вверх-вниз. Из-за тепла, которое передавалось от члена к ее груди, все ее обнаженное тело задрожало от нестерпимого желания... Своими сосками она касалась влажной уретры Джея и, хныча от наслаждения наблюдала, как они начинают поблескивать от влаги.
Джей, впившись пальцами в ее мягкие плечи, смотрел на это; его член страшно отвердел, а яички ломило от переполненности...
— Мальчик мой, если я пососу твой петушок, ты полижешь мамину писечку? — спросила Шелли хриплым голосом.
Джей кивнул, не думая больше о том, что мама может описать его. В этот момент уже не он, а его член принимал решение.
— Чудесно, солнышко, — проворковала мать, и вытянула сына из его кресла.
Когда Джей встал на ноги, она расстегнула его шорты и стянула их вниз. В тот момент, когда сын перешагнул через них, рядом проплыла лодка. Молодая девочка, сидевшая в ней, помахала Джею, и он поднял руку, чтобы помахать ей в ответ. Шелли села на корточки перед ним и взялась за его бедра, любуясь его вздрагивающим от напряжения членом.
— О, Джей... какой он у тебя красивый!
Она открыла рот, втянула в него до половины пенис сына, и закрыла глаза, ощущая его обжигающие пульсации на губах.
— Мам... — задыхаясь, выговорил юноша, ощущая горячую влагу материнского языка, окутавшую его член, — как же это приятно!
Не отрывая горящих глаз от сына, с жадным урчанием Шелли скользнула своими губами вниз и шлепнулась ими в его основание с редкими волосками. Налитая головка пениса уперлась ей в горло. Вкус плоти сына невероятно возбуждал ее... Она сосала член раньше, но держать пенис сына во рту — это было ни с чем не сравнимое чувство, которого она не испытывала никогда, ни с одним мужчиной! Казалось, член сына был идеальным для ее рта: когда он заходил глубоко, она не давилась им, и могла ласкать его языком, при этом плотно сжимая губами.
Она повращала языком у уретры сына, пробуя на вкус его сок и ощущая, как ее содрогается ее обнаженное тело при каждой пульсации увеличившегося и отвердевшего клитора. Ее ягодицы импульсивно сжимались от этого, и она урчала и клокотала, двигая головой вперед-назад, прижимая руками бедра Джея.
Юноша стоял, глядя вниз на мать, не обращая внимания на проходящие рядом лодки, не боясь быть увиденным. Его ноги дрожали, но ощущения от первого в жизни минета были такими потрясающими, что ни в коем случае не хотелось это прекращать, никогда...
Оторвав свой рот от его члена с мягким «чмок!», Шелли прижала его к лицу; от любви и страсти глаза ее излучали теплый свет.
— О, Джей, какой ты сладкий! Как же давно я не сосала твердый мужской член!
Сын, более не в силах держаться на ногах, повалился на палубу и Шелли, видя его возбуждение, нежно поддержала его и уложила на спину. Не сводя глаз с писюна, торчащего вверх, она развернулась лицом к ногам сына и с тихим стоном быстро проглотила его.
Джей порывисто дышал, глядя на голову матери, ныряющую вверх-вниз, на обхватившие его плоть скользящие и сосущие губы...
— О, мама, мама! — выгибая спину от желания загнать свой член поглубже в ее горло, стонал Джей.
Шелли подняла одно колено и перенесла ногу через голову сына, не отрывая рта от его пениса. Джей уставился на разгоряченное лоно матери, на влагу, которая скопилась в нем и курчавые волосы, -
Мартина. Барселона