— А еще варианты? – Попытался пошутить Илья, но его как будто и не услышали.
— Если решишь бежать за пределы города, сердце твое остановится. Запомни.
Неожиданным и резким движением Елизавета воткнула эту деревянную печать прямо в грудь, повыше соска, в место где внутри находилось сердце. В голове парня, словно ударили в огромный гонг, оповещающий в его случае закат. Он ухватился за Лизу. Ее рука была сильнее. По центру грудины, Илья ощутил странную боль, словно его на сквозь протыкали тонкой иглой. Обмякнув, тело рухнуло на кровать. И уже в самом конце, перед ударом головы о подушку, на него взглянула луна, со светлыми волосами, голубыми глазами и маленьким шрамиком на брови. И почему-то она улыбалась. Но улыбку прекратил раскат грома.
2.4
— Ты с ним спала? – Спросила Елизавета.
— Ну, чуть-чуть. – В ответ Лиза закатила глаза и покачала головой.
— Много разболтала?
— Да нет, я не...но он сильный...
— Да. Уверена будет больше восьми. Таких у тебя еще не было.
— Ого!
— Впредь, будь осторожнее.
— Но он ведь беспомощен.
— Всегда будь начеку. Ум и предвиденье твое главное оружие.
— Хорошо.
Гром сотряс дом. Угуканье филина раздалось на улице. Елизавета поморщилась.
— Давай бритву.
— Вот. – Хельга передала Елизавете триммер.
Двумя умелыми движениями, она выбрила полянку, убирая лобковые волосы. Затем взяла очередную жидкость, на этот раз зеленого цвета и полила эту поляну. На коже начали вырисовываться знаки, словно художник выводил слова перьевой ручкой.
— Он помеченный! – Шепотом вырвалось из Хельги.
— Так и думала.
— А чей это знак?
— Знаю, только, что одной из болотных ведьм. Это их язык.
— Понятно. Почистим ему память?
— Нет, тогда мы не узнаем, кто поставил знак.
— Точно, я не подумала.
— Ведем себя как обычно. Завтра все в рабочем порядке, берешь его с собой на работу и ведешь себя как обычно.
— Хорошо. – Ответила та, с нескрываемым волнением.
Девушки укрыли Илью одеялом, а сами вышли в другую комнату. Перед тем, как уйти, Елизавета вынула помятую книгу, обтянутую кожей.
— На. Вдруг, что захочешь вспомнить. Советую еще раз пройтись по метке девственности.
— Хорошо.
— И, - Добавила Елизавета, выходя за дверь. – Не используй пока, что его. И не болтай лишнего.
— Ладно.
— Я серьезно. Сама понимаешь.
— Я поняла. Я буду внимательно следить за ним.
3.1
Все утро, назойливый комар, садился и пытался ужалить его в щеку, и как бы он не пытался от него спрятаться, ничего не удавалось. В нужный момент, выждав время, Илья с размаху довольно сильно шлепнул себя по лицу, в гневе пытаясь устроить комару мстю, желая услышать, как захрустят его кости, но услышал смех.
— Давай вставай, на работу пора. – Все еще смеясь, сказала Хельга.
— А!? – Он открыл глаза. Перед ним на стуле сидела Хельга, держа в руке соломенную тростинку. Она и была этим комаром.
— Быстрей вставай. В душ, завтрак и на работу. И рубашку найди какую ни будь. Лизавета Федоровна не любит футболки. – Она вышла оставив его в одиночестве. – И быстрее, опаздываем. А то я сейчас сама тебя в душе отмою!
«Неужели, все что было вчера, не было сказкой или сном?»
— Быстрее – Услышал он громкий голос.
«Да, что ты будешь делать. Куда я попал!»
Стоп, Илья задумался и почесал голову.
— А какого хрена ты голая по дому ходишь? – Крикнул он в другую комнату.
— Удобно!
В комнату вполз шарф. Медленно, как змея!
— Да понял я! Убери эту хреноту. – И шарф уполз.
Илья долго стоял в душе. На груди не было ни следа, но вот на лобковых волосах кто-то выбрил пятно.
Отработал чужие долги