— О, какие дивные волосики! – закричал барин. – Они такие нежные, Ваша правда!
Трифон в сердцах плюнул и отвернулся к стенке, а графиня, ласково улыбаясь, вспоминала свой ранний опыт...
В то утро ее брат вскочил с постели первым. «Смотри, Настя, каков кол!». – прошептал Саша, приподнимая подол ночной рубашки. – «Хочешь потрогать?». Настя испуганно огляделась. Было еще рано, и их большой дом еще спал. Спала и старая нянька Егоровна. Настя опасливо протянула руку и потрогала его членик.
— Действительно, твердый! – прошептала Настя. – Как палец!
— Таким пальцем взрослые рожают детишек, – поделился сокровенным знанием брат. – Его надо воткнуть и родить. Мне Колька, кухаркин сын рассказывал.
— И куда же воткнуть?
— Тебе воткнуть, к примеру.
— Мне? Куда же?
— В твою «раковинку». И через девять месяцев у тебя будет живая кукла.
— Я бы хотела новую куклу, – вздохнула Настя. – У Мими голова отвалилась. А maman ругается, говорит, играй так, без головы! А разве бывают детишки без головы?
Нянька Егоровна проснулась и сказала:
— Тише вы, неугомонные! Рано еще, спите!
— И что же, зачем эта штука мужчинам? – нерешительно спросила Соня. – Писать?
— С помощью этой штуки его милость полдеревни детишков сделал! –сказал Трифон в стену.
— В этом случае мой камердинер прав, – вздохнул барин. – Сидишь зимой целыми днями в усадьбе, кругом снег, метель, ну и...
— Ох, полдеревни! И как же?
— Да очень просто! Ее, штуку эту, надо вставить туда, где волосики, немного поерзать, и при удачном стечении обстоятельств через девять месяцев у вас в Ревизской сказке появляется живая душа. И совершенно бесплатно! А как подрастет – в поля, пахать, сеять, боронить!
— Я хочу попробовать! – выдохнула Соня. – Я так хочу туда...!
Наконец зелье подействовало, обрадовался барин, надо в другой раз увеличить порцию.
А Соня вошла в раж. Она металась по спальне, тянула себя за соски, терла щель и пыталась засунуть пальцы в глубину. Графиня Стоцкая пыталась ее урезонить, но вскоре присоединилась к ее метаниям...
...Ах, как славно было лежать и дремать между двух женщин, совсем юной и зрелой, опытной! Барин смотрел на них, разметавшихся на широкой постели, бесшумно одеваясь с помощью Трифона, и уезжать домой ему совсем не хотелось...
Мария ( part I )