— Пап, зайди пожалуйста. Сможешь? Да, сейчас... Ничего не случилось. А вот увидишь... Хорошо.
Катя с ужасом посмотрела на меня.
— Ты с ума сошёл? Что я ему скажу? «Папа, вы меня трахнули?».
— А что, нормально. Спроси прямо в лоб, нефиг рассусоливать.
Она присела на диванчик и потёрла лоб ладонью.
— Ты хочешь, чтобы я выглядела дурой?
— Я хочу посмотреть, как вы оба будете выглядеть.
— Я ничего не буду говорить! – решительно произнесла она. – Сам выкручивайся из этого.
— Ну ладно, - ответил я спокойно.
Катя смотрела меня в недоумении. Она вскакивала, ходила по комнате, что-то порывалась спросить, но затем, видимо, решила, что не даст мне такого удовольствия. Когда раздался звонок в дверь, она побледнела.
— Ну, давай, открой отцу.
Она сорвалась с места и бросилась в прихожую.
— Здравствуй, Катюша. Серёга дома? Он мне звонил.
Катя что-то буркнула и откашлялась. Отец вошёл, приминая рукой непослушные седеющие вихры и присел на диван. Следом зашла Катя, глядя на меня, как кролик на удава и разминая посиневшие как от холода кисти рук. Её всю трясло от волнения. Я улыбнулся отцу.
— Пап, тебе нравится Катя?
Отец глядел на меня с удивлением, Катя – со страхом.
— Эээ... Ну... Да, конечно. Катя – отличная девушка. У тебя очень красивая жена, сын.
Отец неуверенно улыбнулся. Катя нервно переводила взгляд с меня на отца и обратно.
— Здорово. Хочешь её?
Недоумение во взгляде отца возрастало.
— Хочешь её – что? – глухо спросил он.
Катя в ужасе прикрыла рот ладонью.
— Ну, как что. Попользовать. Получить удовольствие. Трахнуть, наконец.
Отец побагровел.
— Это что за... Дурацкие...
— Как на дне рождения, у мамы? – перебил я его.
Отец замолк, грузно осев на диване, и боязливо покосился в сторону Кати. Затем, засопев, поднялся.
— Я пойду, - проговорил он вполголоса и направился к двери.
— Подожди, - остановил я его. – Ты ведь не хочешь, чтобы мама узнала об этом?
Катя тихо вскрикнула, не удержавшись. Я встал с кресла, подошёл к ней и развернул её за плечи лицом к отцу.
— Теперь не украдкой, а совершенно легально. Можешь делать с ней всё, что захочешь. Ты ведь хочешь, отец?
Они оба, как под гипнозом, вяло позволили мне запихнуть их в спальню. Здесь я остановился и посмотрел в глаза отцу.
— Папа, пойми. Я люблю тебя. Мы любим тебя оба. И я не хочу, чтобы ты мучился чувством вины. Считай это подарком.
Отец бросил на Катю всё тот же мимолётный боязливый взгляд.
— Катя, ты ведь тоже хочешь испытать всё это. Не во сне, а в реале? Правда, ведь? Вам теперь нечего скрывать, поймите, какое это облегчение, настоящий катарсис! Пап, что молчишь? Тебе помочь?
Я подтолкнул Катю поближе к отцу.
— Просто дотронься до неё. Посмотри, какая она красивая. Какая тёплая. Она вся твоя. Не упусти свой шанс, отец!
Катя слепо качнулась в сторону и попыталась уйти, но я схватил её сзади за руки.
— Я держу. Бери её.
Катя тихонько всхлипнула, и по её щекам побежали слёзы.
— Не обращай внимания, она хочет. Возьми её. Не стой столбом, - добавил я мягко. – Разденься для приличия.
Отец быстро разделся. Он был возбуждён, и было очевидно, что вынужденное воздержание от мамы не прошло даром. Я поднял ледяную, как у Снежной Королевы, но в то же время, покорную ладонь Кати и вложил в неё возбуждённый член отца. Разделся сам, сел в кресло у двери, чтобы не дать Кате ускользнуть. Погрузился в мягкие плюшевые объятия кресла и осторожно сжал пальцами свой томящийся, истекающий прозрачной смазкой пенис.
Первая любовь. (Артём и Дарина)