— Она в Китае. Да и чего ей тут делать по ночам... Вера Анатольевна — женщина занятая да замужняя.
Я хотел пошутить, что и Жанна, мягко говоря, не вполне свободна, но вовремя передумал. Вместо этого спросил:
— Почему не бросишь своего Славу? Что-то ваша жизнь не похожа на именины сердца. Часто бьет тебя?
— А у кого она похожа на именины? Да и вообще... сложно все. Он не всегда был таким мудаком... — она затянулась никотиновым дымом, помолчала и спросила: — Тебе сколько лет?
— Двадцать семь.
— А мне сорок пять.
— Знаю. — я безразлично пожал плечами.
— Не отталкивает возраст?
— Ну, как видишь, не отталкивает. — сказал я и швырнул бычок в рядом стоящую урну. Не попал и усмехнулся своей меткости. — Ладно, поехали к нам домой. Че тут сидеть?.. Не будешь же ты тут жить до понедельника...
— Девчонки сейчас с расспросами привяжутся — что случилось, да как?.. — Жанна показала на опухшую щеку: под глазом уже налился синяк.
— Ну расскажем полуправду. Сама решишь, что рассказать, что нет... Или ты домой собралась?
— Нет, домой не хочу... — она помолчала, а потом кивнула головой. — Ладно, едем... Вещи только заберу.
Я взял куртку, сел в машину и стал ждать свою пассию. Снова взглянул на вывеску салона, где работает Настюха — «Рио. Окунись в прекрасное». Вот я и окунулся несколько раз. Хороший слоган, жизненный. Голова была словно из чугуна отлита. За один день событий случилось больше, чем до этого за месяц. Часы на приборной панели показывали половину пятого утра. Жанна села в тачку и, серьезно посмотрев мне в глаза, попросила:
— Ты не говори никому о нас... Ну, о том, что случилось... Во всяком случае, пока. Хорошо?
— Не скажу, не переживай.
Я тронул автомобиль с места, и он повез нас в новый день. Но это уже другая история. А эта подошла к концу. Да и бог с ней. Тем более, что она «от» и «до» — плод воспаленного воображения автора.
Как это бывает ...2