превратить закаленных киллеров в рыдающих несчастных, и говорит: "Не могли бы вы сообщить суду о характере этого ходатайства. И, пожалуйста, мисс Уолтерс, будьте кратки. Надеюсь, вы понимаете, что приближаетесь к местному, если не всему штату, рекорду по одному из самых длительных бракоразводных процессов в истории."
Да, я знаю это, ваша честь. Я также, конечно, знаю, что как председательствующий судья по делу о заказном убийстве Смитрайта, которое длилось 18 месяцев и до сих пор является самым продолжительным уголовным разбирательством за пределами дела большого жюри в этой стране, вы понимаете, что иногда правосудие должно двигаться медленно, чтобы получить справедливые результаты.
Глаза Херринга широко распахиваются, и Кейс едва удерживается от смеха. Я сижу ошеломленный. Моя будущая бывшая жена, которая всего пару лет была практикующим адвокатом, только что поставила на пятки одного из самых суровых судей по уголовным делам в стране. Я думаю, что, должно быть, умер и попал в Ад.
В любом случае, ваша честь, я только что получила новую улику, имеющую отношение к этому делу. Это аудиозапись. Я прошу разрешения проиграть ее в этом зале.
— С какой целью?
— После того, как она будет проиграна, я представлю ходатайство в суд и предложение мистеру Уолтерсу. Если он примет его и суд согласится, я думаю, что это позволит этому делу окончательно завершиться.
Клавиус обхватывает голову руками и тихо говорит: "Слава Богу."
Я толкаю его локтем.
— Спроси ее, какая у нее аудиозапись.
— Ваша честь, можем ли мы спросить, прежде чем она представит его, о характере этой записи?
Мона смотрит на меня с улыбкой, которую кошка подарила бы канарейке, которую собиралась проглотить.
— Это запись, ваша честь, сделанная почти год назад, о телефонном разговоре между мистером Уолтерсом и его матерью, миссис Джастин Уолтерс. "
Я знаю, что это такое, и Клавиус не может удержать меня от того, чтобы вскочить на ноги и броситься к суке.
— Она не может воспроизвести эту запись, - кричу я. - Это привилегированное, личное общение. Я не знаю, как, черт возьми, она ее получила, но это не ее."
Я сижу за ее столом и тянусь за лентой, когда мои руки прижаты к бокам, и, черт возьми, я никак не могу освободиться. Я чувствую огромное тело Кейса позади себя.
Раздается шум, и я слышу, как Херринг кричит: "Мистер Клавиус, возьмите своего клиента под контроль, прежде чем я отправлю его задницу в тюрьму. Чарли, посади его обратно за стол."
Кейс усаживает меня за стол рядом с Клавиусом и встает надо мной, чтобы убедиться, что я не двигаюсь. Несмотря на его размеры, я думаю о том, как ударить его по яйцам и вывести из строя на достаточно долгое время, чтобы добраться до ленты.
Холден спрашивает Мону: "У вас есть законные полномочия владеть этой пленкой, мисс Уолтерс?"
Она протягивает документ.
— У меня здесь подписанное и нотариально заверенное заявление миссис Уолтерс, которая слышала и записала разговор, о том, что она находится здесь с ее разрешения. Как я уверена, вы знаете, по законам Флориды человек может записывать телефонный разговор без ведома или согласия второй стороны.
Старая добрая мама!!!
— Дайте мне посмотреть, - говорит Херринг, но я перебиваю его.
— Не беспокойтесь, ваша честь. Я признаю, что это от моей матери. Пусть играет в эту чертову штуку.
Херринг на мгновение странно смотрит на меня, а затем спрашивает более мягким голосом: "Вы бы предпочли, чтобы мы играли в палатах только со мной, адвокатом и вами?"
— Какая разница. Нет, я знаю, что там записано. И на самом деле не имеет значения, кто еще это слышит. Это ничего не
Ночь страсти похоти