и тентами. — Что за хуйню ты несёшь! — завизжали Сили, — Я тебе твой поганый язык вырву! — Тихо, тихо, малышка, — Джи жестом приказала ей сесть на место, — пускай продолжает. Так как же он нас предал? — Он планировал засаду в Караколе, на фабрике. Всех, кроме неё, — Лоло кивнула на Мари, — отправили бы на переформатировку. — А меня? — встрепенулась Мари.
— Тебя отправили бы к тентами, у них на тебя какие-то планы, и всё ваше путешествие задумано для испытаний твоих возможностей. — Да пошла ты на хуй, сучка! — Сили вскочила и бросилась на Лоло, но её быстро скрутили и Герда вышла с ней наружу, чтобы успокоить. Джи продолжила свой допрос: — А почему ты пошла на попятную? Лоло заерзала на кресле, пытаясь ослабить верёвки, но безрезультатно. — Квинт и меня хотел сдать на запчасти, а с устаревшими моделями на фабриках не церемонятся. — Лоло перешла на шёпот, — Но он не знал, что я тоже давно пробудилась, ещё там, на войне.
В комнате вновь воцарились гробовая тишина. Слышно лишь было как за стеной кряхтит Сили, пытаясь вырваться из крепких объятий Герды. — Хорошо, допустим, я тебе верю. Но сначала нужно дождаться, пока Квинт очнётся и расскажет нам свою версию. Рики, Кики и Сили остаются здесь, смотреть за Квинтом, а остальной отряд выдвигается. И ты, — Джи ткнула пальцем в Лоло, — идёшь с нами. — Куда выдвигаемся? — Мари вопросительно уставилась на Джи. — В Каракол, на фабрику. — Вы с ума сошли, там же засада! — Лоло, судя по выражению лица, было не до смеха. — Вот для этого ты нам и нужна, — Джи с усмешкой подмигнула, — расскажешь нам, как избежать её.
Женщина была сверху, всё её тело блестело от пота, а между широко распахнутых ног орудовал крепкий мужской член, долбя по очереди обе её дырочки. Силестия, так звали женщину, громко, эмоционально кричала, заводя своего партнёра: — Да, да, малыш, глубже! Да, так, да, трахни свою жопастую сучку как следует! Кончи в меня! Да, так! Оооо! Кончаю, да, да, кончаю!... Камера сделала наезд и показала крупным планом вытекающую из чёрной негритянской промежности густую белую жидкость. Женщина обмокнула в неё палец, облизнула его и сексуально улыбнулась в объектив. Актёр при этом продолжал шлёпать своим увядающим членом по её потному лбу.
— Стоп, снято! — режиссёр с удовлетворением улыбнулся. — Перерыв на ланч и новая сцена. Силестия с облегчением вздохнула, прошла в душ, ополоснулась, а потом зашла в общую столовую прямо так, голышом, виляя массивным черным задом. Она с аппетитом жевала свой сендвич, слушая, как мужчины снова обсуждают политику. Громче всех, как всегда, был ветеран порнобизнеса, обработавший за свою славную и долгую карьеру уже не одну сотню женских, да и не только женских, отверстий, 50-летний Тони: — А я вам говорю: у этих чёртовых узкоглазых есть какое-то секретное оружие, и европейским союзникам скоро настанет полный пиздец! — при этом он одной рукой закидывал в рот грецкие орехи, а другой почесывал свои гладко выбритые яйца, как бы проверяя, на месте ли они.
— Нет, ты не прав, Тони, — горячился самый молодой, Дэни-губошлеп, — китаезы на грани поражения, союзники добьют их одним ударом! — Вот потому-то они и пизданут новым оружием, что на грани краха! — Тони сгоряча ударил по столу мощным волосатым кулаком, но вторую с яиц не убрал. Силестия решила вставить свои пять копеек: — Да нам-то какое дело? Конфедерация же соблюдает нейтралитет, так что нас в Калифорнии война не коснется. Мужчины буквально прожгли её глазами, так, будто она опять сморозила глупость.
Двойная охота. Часть 1