быстрым, отработанным движением подцепил свою добычу сачком. Как я и ожидал, он содрогнулся в последней судороге, когда я поднял её на причал, окатив Рейн водой и слизью. Она вскрикнула и запрыгала, пытаясь отскочить. Каблук одной из ее туфель сломался. Вы можете ходить в них и даже танцевать в них, но вы не можете прыгать в них по неровному бетону и ожидать, что они останутся целыми.
Она споткнулась и чуть не упала в море. Я поймал ее и снова поставил на ноги.
— Зачем ты это сделал? Посмотри на мой костюм, он испорчен.
— Я ничего не сделал. Это сделала рыба. Я не могу заставить рыбу делать то, что ты хочешь. Рыбы делают только то, что им говорят инстинкты.
Одинокая слеза скатилась по ее щеке. Это был момент Кодака. Я полагаю, что эквивалентом будет "время селфи" для нового поколения. Это была ее проверенная тактика, чтобы растопить мое сердце.
Я наклонился вперед и вытер ее.
— У тебя там есть немного морской воды, - услужливо сказал я. - Так о чем ты там бормотала до того, как я заполучил эту подлую рыбу? Я охотился за ней все лето. Теперь она моя.
Я ловко вытащил крючок из пасти рыбы и крепко держал её обеими руками.
— Хочешь поцеловать её перед уходом? - спросил я и протянул её ей. Рыба открывала и закрывала рот, задыхаясь. Я предполагаю, что это должно было выглядеть так, как будто она угрожала съесть ее. Она вскрикнула и отпрянула назад.
Ухмыляясь, я поднес её к краю пирса и позволил ей мягко скользнуть через мои руки обратно в море.
Когда я обернулся, она смотрела на меня как на сумасшедшего.
— Почему ты её отпустил? Ты мог бы получить из неё хорошую еду.
Я показал свое отвращение к этой идее. - Я не буду есть эту штуку. Она отвратительная на вкус. Терпеть не могу этот вкус.
— Но ты потратил весь день на её поимку.
— Ну и что? Этим летом она четыре раза сидела у меня на крючке и каждый раз удирала. Это стало личным.
Я включил радио, достал телефон и набрал один из сохраненных номеров.
— Я закончил.
Я выключил радио и убрал телефон.
— Я еду домой. Закаты здесь очень красивые, но я предлагаю тебе убраться отсюда, пока не стемнело. Здесь живут какие-то темные люди. Из тебя получилась бы хорошая добыча.
Я взял свою удочку и пошел прочь. Я услышала писк тревоги и стук одного высокого каблука.
— Подожди, пожалуйста. Мой телефон не работает.
— Здесь не сработает. Никакого сигнала. Я солгал. Это не сработало бы, пока мое "радио" было "выключено".
— Но твой сработал.
— Спутниковый телефон, - сказал я с невозмутимым лицом.
— О, тогда я могу воспользоваться им?
— Нет, батарея сдохла.
— Но тогда как мне заказать такси для себя?
Я подумал об этом, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.
— Думаю, твоё лучшее решение – это дымовой сигнал. Здесь полно вещей, которые можно сжечь. Конечно, огонь привлекает плохих людей, о которых я предупреждал.
— У меня нет спичек, - жалобно сказала она.
Я чуть не расхохотался. Либо за последние несколько лет у нее развилось более острое чувство юмора, либо она стала бесполезной вещью, которой всегда притворялась, что не является. Я все еще не был уверен, что именно.
— О черт, - пробормотала я, услышав шум машины. Мое веселье подходило к концу. А может, и нет...
Лимузин остановился рядом со мной. Водитель, одетая в элегантную белую рубашку и короткую серую юбку, вышла из машины, надев фуражку. Она открыла мне заднюю дверцу, взяла удочку и наживку, чтобы разобрать ее
первый опыт.переодевание!