Пригрозил им такой же расправой. Поэтому они согласились участвовать в преступлении, чтобы спасти свои задницы. Перебздели они основательно. Жёсткий диск синяков, хакер почистил, в нём можно не сомневаться.
— Ирина прости меня, можешь делать с моей головой что хочешь, но жить с чувством вины перед тобой, и перед моим другом – невыносимая мука. Если отпустишь, я сегодня улечу обратно, но хакер меня будет держать в курсе событий и если потребуется, я вернусь сюда столько раз сколько будет нужно, чтобы нагнуть или ликвидировать всех, кого надо. До отъезда я встречусь с другими своими грёбаными дружками и с ними тоже разберусь, как надо. Троим я уже бошки пробил, если не дойдёт, то и их зачищу.
— Не нужна мне твоя голова. И это только потому, что муж не выгнал меня. Теперь ты для меня... раскаявшийся подонок, реабилитировавшийся наполовину. Ступай себе с богом. В дом не приглашаю. Противен ты мне, - спокойно сказала Ирина без злости в голосе.
— Спасибо за великодушие! Ты уникальный человек!
— Рот закрой, а! Не зли меня, у меня в руке кипяток. Наслушалась твоих комплиментов. Не напоминай мне о том, что ты омерзительный мудак вытворял со мной, который отличается только тем, что поубивал других мудаков. Иди уже. Жене привет.
Олег поднялся с колен, вздохнул, и стрельнув глазами в сторону Ирины, повернулся к выходу, только чуть задержавшись, вынул из рюкзака секатор и положил на полку,
— Ты забыл...хотел бы взять на память, но меня с ним в самолёт не пустят, а вам в хозяйстве сгодится. Виталя, не провожай меня. Будьте счастливы!
И ушёл. Я только посмотрел вслед, выйдя на крыльцо, Олег так ни разу и не обернулся. Играть в виноватого ему не было никакого резона. Видимо его новая жизнь, когда в ней появилось что-то святое – любовь, любимый человек, заставила его искренне раскаяться в своей жестокости в отношении молодых женщин, и совершить противозаконные, но справедливые действия в отношении разных мразей, которым раскаяние не грозило. Действительно, за сутки он провернул невероятный акт возмездия и заставил поджать хвосты многих, кто имел на руках компромат на Ирину, и вообще сделал воздух чище от подонков. Ещё и дружков с которыми Ирину насиловал построит, заставит уничтожить материалы. Кого-то из резвых пробил, кого-то ещё пробьёт... может быть...наверное.
— Любимый, пойдём, проветримся. Я бы опрокинула сейчас винца, но с утра не хочу пить. Лучше прогуляться к реке. Как ты себя чувствуешь?
— Я то нормально. Ты как?
— У меня клокочут эмоции от этого утра. Столько всего и сразу. Ведь это не хорошо радоваться тому, что погибли люди. Но по существу сдохли подонки, мразь, которые считали себя безнаказанными. Но карма прилетела. Теперь есть ощущение порядка. Давай забудем это. И будем думать, как нам выбираться из этого гадюшника, города, где мне случилось влипнуть в такую лажу. Хоть здесь прекрасное местечко, но оно в отравленном городе. Ты знаешь, ради того, чтобы быстрее вырваться отсюда я готова принять условия пухлика. Ты столько видел и знаешь про меня, от одного раза не убудет. Сделаю это ради нашего с тобой благополучия. Только если ты меня после этого не разлюбишь.
— Не разлюбил же до сих пор. Подумай ещё раз, чтобы потом не пожалеть и продумать детали, чтобы не обманул.
— Я уже всё продумала. Это произойдёт на нашей территории. Сразу после передачи денег. Ты будешь присутствовать в той же комнате, или в другой. Я не буду стараться. Просто отдам на один час своё тело интеллигентному херу.
Пробуждение