провел меня мимо кровати к противоположной двери из спальни. Он открыл дверь и втолкнул меня в темную комнату, а через мгновение зажег в ней свет. Эта была красная комната в красном свете. Комната пыток.
То, что я увидела в ней, заставило меня поежиться. Не буду описывать всех приспособлений и инструментов, да и не смогу их точно вспомнить, так как сразу увидела самое актуальное для себя. В самом центре комнаты стояла узкая скамья на очень высоких ножках. У каждой ножки я заметила фиксаторы, похожие на средневековые кандалы. Сережа щелкнул еще одним выключателем и три прожектора взяли в желтый круг эту скамью. На ней стоял таз с водой, а в воде лежал широкий кожаный офицерский ремень. Тяжелая золотая пряжка свисала наружу и касалась сиденья скамьи.
— Сейчас я тебя выебу, а когда кончу, то сразу приведу сюда. Ромка тебе выпорет, как и решено. Пять ударов по пизде, двадцать пять по жопе. А потом поговорим о любви, шлюшка. Хорошо?
Если бы Сережа мог слышать как упало мое сердце, то наверное, вздрогнул бы. А если бы падение моего сердца влияло на внешнюю среду, то наверное, вздрогнул бы этот дом. Но все это осталось внутри меня. Я только еле слышно прошептала:
— Да, - и сглотнула слезы, которые ручьем хлынули из глаз, что я пыталась скрыть опустив лицо в пол. Но Сергей взял меня за подбородок и поднял лицо, вновь взглянув в глаза тем взглядом, который одновременно делал меня шлюхой и самой счастливой женщиной земли.
— Что ты сказала?
— Да!
Сергей снова, как и вчера взял мои губы в оборот тем же поцелуем, который я не могла сравнить ни с чем, кроме ебли ануса. Он поместил мои изящные полные губы в свой рот, всасывая их внутрь и одновременно пробивая острым, твердым, как его хуй языком. То, что хуй Сергея встал прекрасно ощущал мой живот, в который он уперся, доставая головкой до самого пупка. У него был настоящий хуй секс-символа, огромный, как у негра, толстый и длинный. О предстоящим проебе с эти хуем-великаном нельзя было думать иначе как о ебле с полицейской дубинкой.
— Всё! Теперь всё! Ебаться!
Он вывел меня в спальню и бросил на кровать, грубо раздвигая мне ноги. Я готова была отдать ему пизду на разъебывание в пух и прах, но Сергей снова обманул меня припав к пизде губами и повторив с ней тот же трюк, что и со ртом. Это было выше моих сил. Я застонала так, будто всю жизнь снималась в немецком порно. Это было бесконечно приятно. Сергей вторгался в пизду все глубже, иногда отрываясь и внимательно разглядывая мою промежность, трогая там руками, робко поглаживая клитор и снова напуская на бедную пизденку свой крепкий язык.
В какой-то момент он потянулся к подушке, достал фольгированную упаковку и разорвал ее зубами. Что это? презерватив? Мы договорились, что пизду можно ебать без резинок. Но я не успела ничего сказать Сергею, потому что место его языка в пизде заняли его пальцы и он в два счета нашел мою точку G, словно врач иглотерапии исследую одну область за другой и ловя ответ тела. Я просто заорала так, словно меня убивают, словно это возможность кричать в последний раз. Как же я буду кричать во время порки, если я так кричу от наслаждения? Хотя что это?
Я чувстdовала в промежности что-то, чего не чувствовала никогда ранее. Что-то непонятное. Это отдаленно было похоже на зажим, который хочется снять.
И снова о теще и зяте.