Людку за сиськи, а потом решительно залез всей своей огромной пятерней ей в трусы. "Не надо..." - вяло попыталась сопротивляться Людка, но тут же застонала, когда Толян своим средним и самым толстым пальцем провел ей вдоль щели. "Течешь уже, сучка!"- довольно прошептал Толян. Он вытащил руку, обтер ее о свои штаны, потом взял Людку за плечи обоими руками и резко стащил с нее халат. Потом также резко стащил с нее трусы и опять прижался к ней сзади, к ее голым теперь ляжкам. Я смотрел на свою голую жену в объятиях этого вурдалака и часто-часто дрочил. Анатолий лапал жену по всему телу: за плечи, за грудь, за живот, за ляжки, за пизду, за ноги... а я стоял и дрочил на все это. А Людка все только шопотом повторяла: "Ну не надо... Не надо... Ну я очень Вас прошу... не надо..." Анатолий развернул ее к себе лицом, высунул свой мясистый и толстый язык, облизал Любкины губы, а потом засосал их в себя. Он сосал и засасывал ее губы, а саму Людку все крепче и все туже прижимал к себе, прижимал ее торчащие сиськи к своей волосатой груди, прижимал за жопу ее пизду к своему хую. И она чувствовала и его язык, и его волосатую грудь и его огромный член и все больше и больше отдавалась ему. Моя Людка уже не принадлежала мне, а принадлежала вот этому Толяну, этому орангутангу, о котором еще несколько дней назад я и слыхом не слыхивал. Надо сказать Толян все делал достаточно умело, уверенно и грамотно. По Людкиному лицу растекалось такое блаженство, какого я на нем никогда-никогда, за все годы нашей совместной жизни, никогда еще не видел. Хотя и не скажу, что я уж каким-то лохом в этой теме был... Наконец, Анатолий решил показать моей жене свое орудие. Он отступил от нее на шаг и стащил велосипедки. Толстый хуй тяжело вывалился из них, закачался и стал медленно подниматься, все увеличиваясь и увеличивясь в своих размерах. Людка приоткрыла глаза, охнула и снова зашептала: "Ох не надо... не надо... прошу Вас..." Не обращая на ее причитания никакого внимания, Толян просунул свою дубину ей между ногами, посадил на нее Людку и стал потихоньку тереться своим хуем о ее пизду. Почувствовав такой хуй у себя между ногами, моя жена немного опомнилсь, попыталась слезть и отодвинуться от Толяна, но тот крепко прижимал ее к себе, не давал слазить и все терся и терся о Людкину промежность. А натешившись этим, он поднял Людку за жопу и потащил на кровать. Толстая залупа торчала между Людкиными ногами со стороны жопы и казалась готова была взорваться, настолько она была надутая, настолько натянутая, вся какая-то иссине-красная . "Сейчас он ей вставит! Сейчас он Людке вставит! Сейчас он ее выебет!" - застучало у меня в мозгах. Но я не сдвинулся с места. Анатолий положил мою Людку на кровать, раздвинул ей ноги, сам опустился на нее сверху и стал потихоньку вправлять. "Сейчас, сейчас, сейчас..." Как при замедленной киносъемке, я увидел, как толстая залупа этого Толяна, этого ебаря-убийцы, этого мужлана-мужика уперлась моей жене в пизду. Я увидел, как раздвинулись половые губы, как залупа по смазке съехала ко входу во влагалище, раздвинула его и всунулась туда наполовину. Жена почувствовав, что ее уже ебут, вдруг заплакала навзрыд, как девчонка, которой рвут целку. Толи ей действительно было больно от такого размера, толи ей было стыдно изменять в первый раз, изменять мне, своему мужу, толи
Мой шеф мой муж