Дай мне твоего красавчика. Ох и хорош буравчик будет у Танюшки. Ты погоди на меня накидываться. Помню, Валерку и поласкать не пришлось, как под ним оказалась. Так частил, что и опомниться не успела, как разрядился во мне, трудяга. Бойкий парнишка оказался. Быстро кончил и тут же быстро начал. Чуть не до первых петухов бабку гонял, устала вусмерть. Только и сладости, что из меня не выходил, стервец. А о тебе мать другое говорила, хвалила очень.
– Ну, насмотрелся что ли? Будет любоваться тёщей. Туши лампу, Олег, садись-ка поближе. Только глянь, милок, он у тебя и так свечой топорщица. Хорошо дочку вовремя отправила, конфузилась бы за стеной, девчонка.
– Думаю, она бы ушла, бабуль, – предположил Олег.
– Из любопытства бы осталась, – не согласилась Зинаида Федоровна. – Показывай, чему тебя мамки научили, – забираясь с ногами на постель, предложила бабуля, укладываясь на подушке и вытягивая, всё ещё, аппетитные ноги, со следами синяков после ночи с зятем, Сергеем Сергеевичем Чекмарёвым.
Весенняя полевая