вещи и переехала жить в шкурный куток. Однако лезть под нары отказалась. В наказание за это ее вчерашние подруги-блатняжки засунули ей в задницу веник и заставили исполнить анилингус Кости. Как это ни удивительно, но среди шкур Метла умудрилась не опуститься ниже плинтуса. Хотя ее, как и положено, пару-тройку раз изнасиловали новые соседки.
Почитая тюремные законы, Метла периодически обслуживала Кость, которую больше заводили не ощущения от языка в заднице, а осознание унижения бывшей блатной. Однако шкурам Метла не отлизывала. "Так-то, в тюрьме все одним днем меняется. А ты иди к блатным и думай, как дальше жить", - подытожила Метла. И Алена покорно пошла к новым хозяйкам своей судьбы.
Вернувшись в шатер к блатным, Алена увидела, как Кость оживленно спорила с Белой. "Надо ее растянуть как следует! Иначе никакого кайфа! Помнишь, как Моли кулак влазил, вот было кайфово!", - напирала блондинка. "Уймись! Ты моль перед этапом чуть не порвала, еле отмазались тогда", - степенно отвечала многоопытная уркашка. К Алене подошла Огонек и сказала, что на сегодня ей дел немного, девчонки устали. "Сеанс перед сном покажешь, может, Белая чуть поиграется. И отдыхай!", - обрисовала перспективу ближайшего вечера рыжая. Что такое "сеанс" Алене даже представить было страшно. Впрочем, очень скоро ей это объяснили. "Заголяйся и ложись на шконку. Дальше скажу", - Белая кивнула в сторону свободной шконки. Алена послушно обнажилась и легла на спину. По приказу блатняжек она раздвигала половые губы, мастурбировала себе клитор, вводила в себя сначала пальцы, а потом и бутылку.
Повинуясь воле хозяек, она встала раком и раздвинула ягодицы. "Очко нетронутое что ли? Неужто так бывает?", - удивленно выдохнула Кость. Девушка отрицательно покачала головой и рассказала о том, что с ней сделали конвойные. "Это еще херня... Вот к Груне пойдешь - если та обнюхаетс кокоса, там будет полный пиздец. Так что делай, что говорим... Потом сама за науку спасибо скажешь", - невесело сказала Огонек.
Как позже узнала Алена от Метлы, Огонек и сама стала жертвой груни. Вообще, начальницу оперчасти привлекали исключительно молодые девушки. Но как-то раз, перебрав с любимым наркотиком она остановила свой взгляд на опытной уголовницу. Рыжую вызвали на допрос. А там Груня предложила ей выбор: "Меня ты сегодня в любом случае ублажишь. Это без вариантов! Но выбор у тебя все же есть: или перед нашим развлечением тебя всласть попользуют конвойные, или ты будешь хорошей девочкой и сама сделаешь мне приятно. В первом случае, разъяснять тебе не надо, сама знаешь, что ждет тебя потом в камере и дальше по всем зонам. Ну а во втором, тоже, думаю, учить не надо, не первый раз. Все сама хорошо сделаешь и вернешься блатовать как ничего и не бывало."
Огонек пыталась было воспротивиться и угрожала суицидом. Но Груня вызвала четверых конвойных, те перегнули блатную через стол, задрали на ней юбку и спустили трусы. После чего один из бойцов, повинуясь приказу начальницы, сплюнул отчаянно воющей женщине в задницу и надавил на сфинктер членом. Как бы это ни звучало, но при всей своей биографии Огонек не имела анальных контактов. Верней, лизали и засовывали язык ей в задницу много раз, но вот мужчину она туда никогда не принимала.
"Ну что? Ему продолжать? Леха у нас великий спец по задницам, пару лет в мужской служил... Или ты будешь хорошей девочкой и сама все сделаешь?", - просипела Груня. Огонек затравленно покачала головой. Начальница кивнула конвойному. Видимо, данная схема усмирения была неоднократно отработана. Мужчина поводил головкой по анусу блатной, вдруг резко дернулся и ввел головку в
Мои первые сексуальные шаги