– Согласен, такого я еще не видел. Да я в его возрасте, кроме футбола и щупанья девок, ничем не занимался. А тут пашет как взрослый.
– Ну и привлекай его к работе. Только не вторым хирургом, а так, сбоку постоять, может, подержать что, подать. Парень просто талант! Ну ладно, Толя, ведь у тебя, наверное, где-нибудь коньячок припрятан. Что мы, хуже Пашки? Скоро уже меняться будем, Витюня уже дома, я ему звонил, давай по рюмахену махнем.
А оперировали мы, как понял - вора в законе. Вскоре пришли его пристяжные, а я руки мою в операционной. Ну и сразу пугать, мол если что не так, мне не жить. А я сразу их старшему с мордой дегенерата:
— Пугать свою жену будешь, понял? Лучше денег дай, я тогда смогу достать отличные американские или швейцарские лекарства. И посади человека у седьмой палаты. туда пару дней не входить, операция прошла успешно, он точно будет жить, - и посмотрел ему в глаза своим взглядом убийцы. Тот аж отшатнулся!
— Парень, всё нормально, вот лавэ, - он дал мне две пачки денег. А неплохо, одна пачка десятками. а вторая - по двадцать пять рублей.
— Через два дня купите на рынке у ребят в тюбетейках спелые гранаты и гранатовый сок, ну и красное вино, типа "Бычья кровь" или "Чёрные глаза", ему очень полезно... Он крови много потерял, но процесс выздоровления положительный...
Когда на следующий день я около восьми часов зашел в оперблок, там уже было пусто. Тётя Нина предложила мне на пол-ставки ещё и помогать дежурной медсестре. Но через приоткрытую дверь было видно, что в сестринской горит свет. Когда я зашел, Таня, сидевшая на диване и читавшая книжку, приветливо улыбнулась:
– Ой, Витечка, как я рада, что сегодня ты со мной работаешь! Пелагея меня совсем заговорила в последнее дежурство. Все уже вымыто, и работы у тебя пока нет.
Она опять была одета в свой коротенький халат, из-под которого виднелись ее стройные симпатичные ножки. Увидев мой ненароком брошенный туда взгляд, девушка совсем не смутилась, а даже повернулась так, чтобы ее ноги еще больше открылись моему взору.
Как обычно, мы попили чаю. Потом я снова пошел в бельевую, где уселся шить на швейной машинке марлевые салфетки - мне и за них обещали доплату, а Таня возилась с инструментами, раскладывая их для стерилизации. Просто мне так нужно для того, чтобы никто не удивлялся, что у меня есть деньги.
Я увлеченно занимался делом, когда она неслышно вошла в бельевую. Я почувствовал, что меня обнимают и к моей спине прижимается мягкая грудь.
– А ты симпатичный мальчик, – щекоча ухо дыханием, прошептала Таня. – Ты мне с первого дня понравился, такой ухоженный, аккуратный. Поцелуй меня, - и мы с ней долго и сладко целовались. Затем она гибко опустилась на колени и вдруг сделал мне минет. Конечно, было невероятно приятно, но я был в полном удивлении! И тут меня позвали в хирургическое отделение
А там я тайно и аккурано, как шпион империализма, да с тайного разрешения старшего хирурга вырезал аппендицит. Ну и вскоре провёл операцию самостоятельно - на нашей "Скорой" привезли трёх человек после автомобильной аварии. Пока хирург возился со сложным переломом с одним, я успел прооперировать двоих. Хирург был в шоке!
Где-то часов в двенадцать я спросил у Тани, где можно поспать, ушел в указанную комнату и лег, не раздеваясь, на кровать.
Не успел я заснуть, как послышались легкие шаги. В комнату тихо вошла Таня и села рядом со мной на кровать. Затаив
Мой первый групповой минет