улицах стоят бронзовые статуи президентов в натуральную величину.
Для Кевина время пролетело незаметно.
Обед в маленьком ресторанчике вдали от дороги; яркие глаза Франчески и его глаза встретились за столом, когда они коснулись бокалов с вином. Он был очарован тем, как она взяла его за руку, когда они шли по улицам, заглядывая в случайные магазины, рассматривая книги, изделия местных ремесленников. Ее смех облегчил его боль и приглушил дурные воспоминания.
Поздним вечером они поужинали в городе, а затем вернулись на ранчо. Кевин не мог не смотреть на невесту своего друга с завистью, сожалением и чувством вины за то, что, как он знал, ему предстояло сделать.
Пусть у нее будет этот день, когда она была счастлива и беззаботна, пока он не откроет ей глаза, как прозрел он сам всего несколько дней назад.
Кевин был подавлен, когда вез их обратно по длинной дороге к домику. Франческа тоже ничего не говорила, но все время смотрела на Кевина, словно ожидая, что он заговорит.
Когда они вернулись на ранчо, Кевин пошел в свою комнату и достал папку из своего багажа. Франческа ждала его в гостиной.
"Хочешь выпить, Кевин?" - тихо спросила Франческа, - "Я имею в виду что-нибудь покрепче?".
"А что ты пьёшь?" - ответил он.
"Я думаю, что сегодня вечер Джека и колы. Ну, Джек и диетическая кола".
"Я буду то же самое", - согласился Кевин.
Когда напитки были поданы, Франческа, наконец, села на диван напротив кресла, которое выбрал Кевин.
"Хорошо, Кевин. Выкладывай. Сейчас. Я знаю, что тебе есть, что мне сказать, и я уже два дня жду, когда ты это сделаешь. Стивена нет рядом, если это то, что тебя сдерживало", - потребовала Франческа, подтверждая подозрения Кевина, что она может читать его мысли. По крайней мере, в какой-то степени.
"Франческа, - начал он, - мне нелегко, потому что за последние несколько дней я стал... дорожить твоим отношением ко мне".
"Во-первых, перед тем как приехать сюда, я договорился, чтобы Стива вызвали обратно в Лос-Анджелес и продержали там пару дней. Завтра вечером, после провала серии напряженных переговоров, "предложение" по зданию будет отозвано, и он вернется сюда. Я не думаю, что буду здесь, когда он вернется".
"Короче говоря, да, цель была в том, чтобы дать нам некоторую конфиденциальность".
"Теперь я перехожу к сути дела". Кевин открыл папку и достал распечатки.
"Прочти это Франческа, а потом мы сможем поговорить. Это распечатки с компьютера моей жены, которые я нашел после ее похорон". Он протянул ей страницы, которые сокрушили его сердце и изменили его мир. Затем он поднялся на второй этаж и вышел на балкон, где сидел, потягивая свой напиток под звездным, холодным небом Южной Дакоты.
"Забавно, - подумал он, - сколько еще звезд можно увидеть, находясь так далеко от городских огней. И когда ты оставляешь позади отвлекающие факторы и находишь время, чтобы посмотреть", - добавил он про себя с горечью, размышляя о том, что если бы он меньше времени уделял работе, а больше времени слушал и смотрел на Джессику, возможно, он смог бы предотвратить ее роман.
"Слишком поздно беспокоиться об этом сейчас", - понял он, поклявшись в то же время никогда больше не оказываться в подобном положении.
Он скорее услышал, чем увидел ее, когда она присоединилась к нему. Вместе, сидя в темноте, каждый наедине со своими мыслями.
"Должно быть, это причинило тебе боль, которую ты не в состоянии описать", - прозвучал голос Франчески.
Последовала еще одна пауза, прежде чем Кевин ответил.
"Я надеюсь, что ты сможешь простить меня за то, что я так поступил с тобой. Интересно, не было бы мне лучше и спокойнее,
Завоеватели-Третья мировая