рта, и когда цунами слюны хлынуло из меня, мне снова удалось отдышаться.
— Трахаться - это все, на что хороша такая шлюха, как ты, брать мужское семя во все три дырки, просто беря перерыв на то, когда из тебя выскакивает какая-нибудь сучья дочь, которая потом станет еще большей шлюхой, чем ее мать, - сказала она, все еще пытаясь сохранить мужской голос, но изо всех сил стараясь не рассмеяться над небольшой долей правды, которая была в том, что она сказала.
Не могу сказать, что мне это действительно нравилось, за исключением осознания того, что я делала что-то совершенно неприличное и запретное со своей собственной дочерью. Поскольку она продолжала загонять свой член мне в горло, то я постепенно начала понимать, что она была очень осторожна, чтобы не толкнуть его в меня слишком далеко и, в то же время, заставляя меня практиковать то, чему она научила меня раньше, и я достаточно расслабилась, чтобы положить руку на свою киску и начать играть со своим клитором.
Учитывая, что пластиковый член Мими на самом деле не мог эякулировать, я задавалась вопросом, что она собирается делать, или я сделаю, пока не оказалась так близка к тому, чтобы кончить снова, что все, о чем я могла думать, - это трахаться в рот и сдерживать свои ощущения между ног. Затем я почувствовала, как началась вибрация, сильная, сотрясающая мои зубы, прежде чем она вытащила член у меня изо рта.
— Ой, бля, прости, мама, - пробормотала она, свернувшись калачиком, вибрации в ее пизде явно привели ее к собственной кульминации.
Мы обе кончили, и обняли друг друга, пока крутились и ворочались на кровати, моя рука между ног, а моя дочь крепко сжимала вибратор внутри нее. Мы лежали, тяжело дыша, несколько минут, прежде чем моя дочь снова опустилась рядом со мной на колени.
— А теперь последнее унижение, сука. Я собираюсь трахнуть тебя прямо в твое тугое очко, - прорычала моя дочь, возвращаясь к своей мужской ипостаси. - Приготовь свою дерьмовую дыру, шлюха.
Я думала, она перевернет меня на живот и сделает это по-собачьи, но вместо этого она схватила меня за лодыжки и подтянула мои ноги к моим плечам. Черт, я могла понять, почему она это сделала, потому что, даже когда она поднимала мои ноги, я все еще чувствовала, как черный член снова и снова ударяется о мою задницу. Я знала, что моя пизда, должно быть, зияет, и моя жопа была широко раздвинута.
Я также знала, что это была одна из позиций для самого глубокого проникновения, и я начала дрожать от страха и предвкушения при мысли о том, на какую глубину ее синтетический член вторгнется в мои внутренности, как только войдет в меня.
— Нет, пожалуйста, он слишком большой, ты разорвешь меня на части, - захныкала я, определенно не притворяясь, но когда я посмотрела в ее глаза, я не увидела в них сочувствия.
— Заткнись на хрен, шлюха. Твоя жопа скоро будет зиять так же широко, как и твоя пизда. В любом случае, я слышала, что ты позволила даже своему собственному сыну выебать тебя, так что я уверена, что это будет не первый хуй, который будет у тебя в жопе.
Ее слова были грубыми, и я почувствовала, как ее член упирается в мой сфинктер, пытаясь изнасиловать самую важную часть моего тела, опустошить ее и разрушить. Я закричала, почувствовав, как напрягаются мышцы, но потом вспомнила то, чему она учила меня раньше, и попыталась расслабиться.
Как только я это сделала, я поняла, что, хотя ее слова были
Ночька.