двумя гаражами. Это было надежное, скрытое от посторонних глаз место шириной чуть больше метра. Через высокую траву можно было увидеть при желании улицу и даже разглядеть прохожих, оставаясь при этом незамеченным.
— Ну, что, кто первый? - энергично приготовилась Соня, - сымай портки!
Женщина осторожно положила у стены пакет с бутылкой, жадно выхватила обещанные купюры и многообещающим жестом начала собирать волосы на затылок. Работка предстояла непростая - сразу семеро, но это были совсем еще мальчишки, уж они точно много времени не займут. Соня резинкой стянула сальные волосы и присела на корточки, прикрывая своим телом драгоценное пойло. Подошел первый, но для Сони эта картина была так обыденна, что она привычно раскрыла рот и покорно ждала, когда тот раскатает презерватив по члену.
Словно кокетливая кошечка она вобрала головку и сжала губы сразу за ней, глядя вверх на лицо паренька. Оставшись довольной произведенным эффектом - мальчишка закатил от удовольствия глаза - Соня обвела взглядом присутствующих. Даже ледяные ухмылки, так необходимые им для поддержания превосходства, она восприняла как хороший знак. Умелыми нежными прикосновениями женщина заставляла молодого человека извиваться и стонать. От наплыва чувствительности, умело дозированного мастерицей, у смельчака пропало всякое желание проявлять грубость, скоро он затрясся и закатил глаза. Не прошло и минуты, как он нашел в себе силы, чтобы отступить и опереться спиной на противоположную стенку.
— И все? - раздался недовольный возглас, - ну, ничего себе!
— Рабочий ротик, - поддерживали из толпы восхищенно.
В этот момент в группе обнаружился лидер. Самый смелый из ребят выступил вперед и подошел к вытирающей уголки губ женщине, он не таил намерения показать друзьям, как можно долго продержаться. Паренек стащил джинсы и подставил к губам Сони торчащий, длиннее среднего, член.
— Вован, ты че дурак, без гандона к ней подходить? - испуганно спросили из толпы.
— Сам дурак, я ей только на клыка навалю, нахер гандон.
— Не боишься подхватить чего-нибудь?
— Похуй, я ей на рожу спущу, не то, что этот, - паренек презрительно указал на стоящего у стены бессильного подростка.
Соня снисходительно ухмыльнулась, будто обидные слова были адресованы не ей. Паренек выражался надменным, даже оскорбительным тоном, к какому прибегает человек, не слишком уверенный и своем превосходстве. Она открыла рот, облизнула сухие губы и зажмурилась, предоставляя свой рот в безраздельное пользование смельчака. Нахал не заставил себя долго ждать, он резким толчком задвинул свое свежее, полное сил орудие и сразу прижался животом к лицу бомжихи. Представление имело целью вызвать восторг приятелей и грубость нашла отклик - ребята радостно загалдели. Вопреки ожиданию, Соня не сопротивлялась, она легко переносила мощные толчки, без труда принимала член в самое горло, даже ее сжатые веки не дрогнули.
— Ну что, Вован, хорошо она сосет? - парни оживились.
Но для Вована спокойствие бомжихи означало только его бессилие в глазах товарищей, неспособность наказать грязную членососку. Уязвленный в своем тщеславии, изо всех сил паренек озлобленно двигал бедрами, насаживая некрасивую голову на свой орган, он даже поборол брезгливость и обхватил ее за затылок. Однако, Соня крепилась и не подавала вида, она так искусно употребляла свой талант, так своевременно расслабляла губы и наполняла рот слюной, что стервец не мог спустить даже при всем желании. Тогда догадка посетила его и приглашающим жестом руки он собрал вокруг себя остальных ребят.
Соня уже не имела возможности даже протестовать - вопреки договоренности очередь была нарушена и все разом обступили ее, твердые члены тыкались ей в лицо, пытались проникнуть в губы. Положение становилось невыносимым. Женщина чуть не упала, но напирающие насильники своими телами прижали ее
Wellcome, baby!