томление в промежности. Потому внешне, все старания Леры вознаграждались, всего-навсего, мучительным искривлением чувственных губ невольницы.
— Невероятное зрелище... - Ни к кому конкретно не обращаясь, промурлыкала Елена, восхищенная в равной степени, возможностью понаблюдать за столь личным процессом, и заснять его для своей коллекции. А потом лукаво воззрилась на подругу, спрашивая: - Кать, неужели ты соблазнила собственную невестку?
— А ты посмотри на нее. Разве сложно меня понять? - Нахально ответила Екатерина Михайловна вопросом на вопрос, тщательно следя за качеством сцежевания в исполнении молодой и способной ученицы. А по цепким пальцам и обеим пястям Леры спорадически сбегали капли мутно-белой живительной влаги. Наталья же, понемногу сдавала позиции под неослабевающим напором крайне возбуждающей стимуляции. Страдальчески сжав вместе бедра, словно хотела в туалет по-маленькому, она слегка прогнулась вперед в инстинктивном стремлении отстраниться от мягких ладоней, безжалостно терзающих ласками ее тугие округлости.
— Вообще, конечно, да. - Поразмыслив пару секунд, согласилась художница, снова обращая взор изумрудных глаз на свою юную спутницу, не прекращавщую азартно доить несчастную девушку. - Я бы тоже не удержалась. И насколько далеко все зашло?
— Максимально. Но для нее все это просто опыт, а не выход. Наташа не такая, как мы с тобой. Я это уже поняла и даже обрадовалась. Все-таки она ведь замужем за моим сыном. - С готовностью объяснила женщина и опустошила остатки вина из бокала тонкой работы, который удерживала в руке. - Но, конечно, свой шанс ее окультурить я не могла упустить. Вышло, как вышло. И вот сейчас вы, девочки, наслаждаетесь конкретными плодами моего труда.
— Вот так, значит... Выходит, все даже пикантнее, чем показалось в первый момент. Похотливая ты извращенка... - Откровенно восхитилась Елена с понимающей улыбкой. - Как же здорово, что я решила тебя навестить! Ладно, карты раскрыты, что дальше?
— Окончание фотосессии, я полагаю. - Заявила Екатерина Михайловна, встретившись взглядом с подругой, явно расстроенной подобной перспективой. Несколько мгновений они провели поддерживая визуальный контакт, но не нарушая звуковую идиллию размеренного шуршания кожи о кожу и томительных девичьих выдохов-вдохов. Только выражение привлекательного лица хозяйки дома немного изменила, картинно приподняв строгую бровь, а затем продолжила: - Наташа нуждается в ежедневных процедурах того же типа, которым сейчас занимается твоя девочка. Только более основательных, так сказать. Потому, я бы не хотела продолжения съемки. Понимаешь?
— Конечно, как скажешь. - Покладисто согласилась художница и утвердительно кивнула подруге. А потом, с легкой тоской посмотрев на захватывающе интимное действо через камеру, распорядилась: - Лера, остановись.
Ее молодая спутница подчинилась сразу же, но разочарования не скрывала, обиженно надув пухлые губки. Как только Лера выпустила из мокрых пальцев, упруго подпрыгнувшие сочные прелести, невестка тут же прикрылась руками и отскочила в сторону от всех на пару шагов. Она походила сейчас на, загнанную в угол, кошку, разве что не шипела, да не выпускала острые коготки. На рельефном животе и лобковых волосах Натальи поблескивали мелкие капельки молока, а на внутренних частях бедер ближе к промежности остался сырой глянец вагинального секрета. Девушка взирала на остальных присутствующих со смесью страха и презрения, ожидая любого подвоха с их стороны. Она отчетливо понимала, что просто так уйти не удастся, и сердце трепетало, пойманной в клетку, птицей в тягостном ожидании дальнейшего развития событий.
— Спасибо, что попозировала моей подруге и подарила нам всем массу ярких впечатлений. - Тепло поблагодарила Екатерина Михайловна, недоверчиво глядящую на нее, невестку. Затем, немного разведя руки в стороны, будто показывая отсутствия в них оружия, женщина направилась в ее сторону, со словами: - Теперь пришло время и нам отблагодарить
Как я стал подругой, своей жене