уже была не просто чёрная дыра, там виднелись внутренние розовые стенки маминой вагины. Всё же это прекрасно – видеть такое! Но член мой предательски становился всё твёрже и твёрже.
Взяв куклу, Санёк стал совать её маме в пизду головой вперёд. Как я понял для того, чтобы в матку упирались не острые ноги, а более-менее гладкая голова, хоть на ней и оставались не до конца выдранные пучки волос. В растраханную дырку моей мамы голова вошла легко, тело вновь чуть подзастряло, но дополнительные усилия помогли протолкнуть и его. Думаю, и новая поза «в гинекологическом кресле» также способствовала более легкому введению. Когда Алёнка погрузилась почти полностью, и снаружи оставались лишь 3 см ног, кукла перестала входить, уперевшись в шейку матки головой. Мама задергалась всем видом показывая, что всё, хватит. Но Санёк, не обращая никакого внимания, продолжал, а я при этом крепко держал маму. Он смог протолкнуть ещё сантиметра 2, наверняка вдавив шейку матки внутрь, но вот последний, заключительный сантиметр, никак не хотел поддаваться. Тогда Санёк встал, обронил мне: «Вот сейчас, крепко её держи!», - поставил на торчащие из пизды ноги куклы свой ботинок и с усилием надавил, протолкнув ноги Алёнки вглубь пизды моей матери до самого конца, ещё сильнее сплющив матку.
Мама громко заорала и начала в агонии дрыгать жопой, пытаясь ослабить писечную боль, но ничего не помогало. Денис, который всё это время кормил маму собственным членом, удивился, почему она так закричала и перестала сосать.
Санёк: «Дэн, иди сюда, живо!»
Дэн: «Бля, че? Я занят!»
Санёк: «Заебал, ещё успеешь кончить, а ну сюда»
Денис неохотно вынул член из маминого рта, встал и пошел к Саньку. Освободившаяся от него мама тут согнулась в животе и попыталась руками дотянуться до своей вагины, однако я держал её ноги в таком положении, что нагибаться было трудно. Тогда мама стала отчаянно бить меня руками по заду и ногам руками, пытаясь заставить меня себя отпустить. Но я не мог – если бы сейчас всё сорвалось, нас бы 100% избили, а экзекуцию повторили повторно. Так что прости, мама, но твоей писе нужно ещё немного потерпеть.
Денис подошел к Саньку и увидел, что тот своей ногой упирается в половые губы моей матери, внутри которой, под давлением ботинка с одной стороны и сплющенной матки с другой, находится полностью погружённая в женское нутро кукла.
Дэн: «И че? Это не считается, ты ногу-то убери!»
Санёк убрал ногу, вдавленная матка распрямилась, и Алёнка вынырнула из вагины на пару сантиметров, облегчив мамины страдания. Тогда Санёк вновь вогнал её ботинком обратно, от чего моя мама вновь вскрикнула от резкой маточной боли и стала умолять прекратить.
Васёк: «Чё орете так? Вас даже на огороде слышно!» - спросил вернувшийся с перекура Васёк.
Санёк: «Всё, я победил! Алёнка в пизду вошла? Вошла?»
Дэн: «Так ты её ногой держишь!»
Санёк: «Да и похер! Уговор был «войдет ли кукла в пизду», и она вошла! Про ногу никто ничего не говорил!»
Дэн: «Да иди нахуй! Ты б её ещё на куски порезал и кусочками засунул! Смысл как раз был в том, войдет ли она в пизду целой! САМОСТОЯТЕЛЬНО!!! А не так, чтоб ты её держал».
Санёк: «Ничё не знаю, с тебя штукарь!».
Он приподнял ногу, кукла вынырнула на пару сантиметров, облегчив маме боль, а затем вновь на неё надавил. И так несколько раз подряд, как будто это педаль автомобильного насоса. От каждого подобного нажатия мама кричала от боли и умоляла прекратить, но на неё никто не обращал внимания. Мужчины решали куда более важный вопрос.
Мария. Часть 3. Освоение