собрал вещи, он завязал галстук у зеркала, взял ключи от машины и поправил пиджак.
— Я готов.
Он надел свою фетровую шляпу и пошёл к двери.
— Поддерживай постоянный контакт, Донна. Я буду волноваться каждую минуту нашей разлуки.
Он положил руку на дверную ручку.
— Буду поддерживать.
Донна подошла к нему, ещё раз чмокнула его в щеку и отступила назад.
Ни один из них не двигался в течение нескольких ударов сердца.
— До свидания.
Донна помахала рукой и улыбнулась.
— Мне кажется...
Марк стиснул зубы.
—. ..что теперь, когда я решил уехать, я не могу это сделать.
— Что ты имеешь в виду?
На лбу Донны образовались тревожные морщины.
— Что-то... какая-то зловещая сила, возможно, остановила мою руку и сковала мои ноги невидимыми узами.
Дыхание Марка стало более поверхностным. Он хрипел от усилий, но не мог заставить себя открыть дверь номера.
— Всё в порядке, Марк.
Донна подошла к нему и ослабила его хватку на ручке двери своими пальцами. Она заставила его поставить чемодан и подвела его обратно к кровати.
— Это очень тревожно, любовь моя.
Марк сел. Его разум, казалось, внезапно погрузился в туман.
— О, дорогой.
Донна взяла ключи из его рук. Машина не понадобится ей немедленно, но лучше было бы их придержать.
— Отдохни здесь, а я разберусь с этим.
Марк кивнул и молча смотрел, как его жена выходит из комнаты.
Донна жалела своего бедного мужа. Она бы нашла способ увезти его из города. Но в данный момент у неё танцевали бабочки в животе, пока она шла через весь отель к номеру, который она сняла для регулярных встреч со своим парнем. Школа закончилась, и Патрик должен был в этот самый момент ехать к ней на своём велосипеде. Она хотела только одного - встретить этого подростка с широко раздвинутыми ногами.
Из рассказов Петровича