Категории: Зрелые | Случай
Добавлен: 06.12.2021 в 16:13
потрескавшихся от старости светлых босоножках.
— Вас как звать-то, соседушка? – поинтересовался я.
— Ах, да! – стушевалась соседка.
Она зачем-то встала, как школьница платье, одернула сарафан и представилась:
— Елена Петровна Дульнева!
Я тоже встал, одернул шорты и тоже представился:
— Владимир Анатольевич Макаров!
И снова уселся на табурет, простой деревянный табурет с прорезью для руки.
Мы пили чай дальше, я смотрел на Лену, она на меня.
— Что Вы так меня рассматриваете? Макияж потек?
— С макияжем все в порядке. А Вы?
Она неожиданно хихикнула.
— Вы,. .. когда Вы стояли там, наверху...
Она расхохоталась.
— У Вас все было видно!
Вот почему, стоя внизу с ящиком, она то и дело, то и дело краснела, нетерпеливо перебирая ногами! «Англию и Францию мы видим из книжки, а у девчонки видны штанишки».
— И что же Вы там разглядели?
Я все-таки смутился и отпил большой глоток.
— Все.
— Все?
— Все, – кивнула она утвердительно.
— И как?
— Более чем! Все-таки у нас жарко! – сказала Лена. – Я сниму сарафан. Вы не против? Или прибавить оборотов?
— Оборотов не надо. Простынем, – сказал я. – Лучше сарафан. Голому жарко не бывает.
— Еще как бывает! – сказала Лена, развязывая бантики бретелек. – Вот мне же жарко, а я – голенькая!
Ее сарафан легко соскользнул на пол, и соседка осталась в соблазнительном бикини цвета фламинго в брачный период. Вот только эти фламинго стоят свои гнезда из озерной грязи.
— А дальше? – прошептал я.
— А Вы – прошептала она.
— А что я? – тихо сказал я, расстегивая пуговицы на шортах. – Бедному собраться, только подпоясаться! И распоясаться тоже.
Лена отобрала у меня шорты и швырнула их куда-то в угол.
— Так намного лучше! – прошептала соседка и положила мне руки на плечи. – Расстегните мне лифчик. Застежка сзади...
Пришлось ее прижать к себе и завести руки ей за спины. Когда я все-таки справился с тугой застежкой и освободил ее груди от тонкой ткани, в очередной раз удивился женским грудям. Они такие разные! И на глаз, и на ощупь, от девических, плотных и острых, до старушечьих, дряблых, словно из тонкой резины, наполненной водой. У Лены они были восхитительны! И мягкие, и упругие, и гладкие, и нежные, и...
Мой член уже вошел между бедер, но Лена прошептала:
— Подожди! Я трусики сниму!
Хорошо, что немолодые женщины не бреют волосы, которые скрывают сокровенную тайну. У мужчин тоже есть волосы там, но их хоть брей, хоть отращивай, все равно ничего не скроешь. А у Лены волосы были не снежно-белые и густые, как у Татьяны, они были светлые, нежные, редкие и радостные, и то, что они должны были прятать от мужских глаз, розовое и блестящее, спрятать не могли...
Меня хватило лишь на двадцать минут. Раньше меня хватало и полчаса, и на сорок минут с передыхом, но мне повезло и здесь. Лена кончила раньше, и я ее тут же догнал.
— Хорошо, что у тебя мало денег, – сказал я, глядя в облезлый потолок. – Иначе мы бы не узнали друг друга.
— А, может, и не надо было. – сказала Лена. – Такое беспокойство. Жила же раньше спокойно.
— А вентилятор? Жарко же!
— Ну, если только...
— Тебе нужен кондиционер.
— Так денег нет.
— А что мы можем купить за двести тысяч?
Лена даже привстала на локте.
— Каких тысяч?
— У меня на карте двести пятьдесят тысяч. Пятьдесят я оставлю себе на мелкие расходы, а на двести мы починим твой домик. И купим кондиционер.
— А как же Татьяна Ивановна?
— У нее денег по самые ноздри! – сказал я, тоже приподнимаясь на локте. –
Любви покорна