и вульвы зажили, зарубцевавшись и немного потеряли былой эстетический вид. Хотя новое зрелище тоже сильно возбуждало, напоминая о том памятном дне. Мы, как и планировали, сохранили трофеи своих мам в специальном прозрачном растворе в стеклянной рамочке, и повесили на стену у изголовья кровати, словно добытые охотой оленьи рога. Юле всегда было очень приятно подводить мою или свою маму к этой «витрине» и заставлять смотреть на рамку, в которой плавали их отрезанные соски и клитор. Она через сохранившуюся с ними ментальную связь чувствовала и слышала их мысли и рассказывала их мне. Мы продолжали развлекаться и издеваться над своими секс игрушками. Например, однажды я в очередной раз трахал свою мать раком в вагину, а Юля к её лицу поднесла рамочку и заставила сквозь стекло языком лизать собственный плавающий отрезанный клитор! Что же до настоящей Юли, заточенной в теле моей любимой – она долгое время продолжала нас ненавидеть, а мы лечили её ненависть мощными оргазмами, либо доводили до предоргазменного состояния снова и снова, не давая кончать, пока она в голове моей любимой не начинала умолять дать ей разрядиться. Мы чувствуем, как со временем её ненависть ослабевает, и она невольно всё больше и больше наслаждается творящимися извращениями вместе с нами. Думаю, по прошествии многих лет, она даже будет нас искренне благодарить за всё случившееся.
Лучшая подруга 7