проник… и удовлетворил!» - подумала Люба, как обычно, морально воспринимающая член сына куда как большим чем он реально есть.
Позавтракав спермой, она устало плюхнулась на попу, и сидя на полу, в распахнутом халате, тяжело дышала открытым ртом. На ее губах и подбородке блестела слюна и остатки спермы, из-под сбившегося халата высунулась одна грудь, а раздвинутые ноги не скрывали, а показывали бритую киску.
— Господи, мам… какая же ты сексуальная…, - прошептал Лешка глядя на нее восхищенным взглядом.
А Люба, только и смогла, что беззвучно смеяться от счастья, все еще не восстановив дыхание, смотря на сына красными и слезящимися, но влюбленными глазами.
—
Сценарий первых дней быстро становился стандартным и привычным. Почти каждый день Лешка просыпался от сосущего член будильника в форме головы матери, а сразу же окончательно вселял в свое и ее тело, бодрость, путем внедрения и шатания. И каждый день, за этим наблюдал Сергей, все дольше и дольше, каждый раз уходя повинуясь умоляющим глазам и машущей рукой Любе, прогоняющей его. На шестой раз Люба мужа не прогнала, и он досмотрел представление до конца, и ушел только после того, как сын рухнул на стоящую раком мать, которая, не выдержав его вес, упала на постель, и получив мощный втык, взвыла, сразу же рассмеявшись. В дальнейшем, Сергей вставал и приходил именно к концовке, и посмотрев ее, шел на кухню, где пил кофе и ждал завтрак, который все чаще и чаще получал с опозданием.
—
Проснувшись, и посчитав на пальцах, Сергей хмыкнул, и поднявшись, вслух протянул потягиваясь:
— Чертова дюжина… Счастливое число… Пора! – и посетив санузел, пошел к комнате сына, откуда доносились глухие стоны Любы.
Когда он пришел, и недолго постояв в дверях, приблизился к привычно прогнувшей спину жене, и качая сиськами принимающей бодрый толчки сына сзади, и поднес к ее губам эрегированный член – любовники на секунду остановились. И сразу же после того, как Люба, улыбаясь насадила рот на член мужа, сын продолжил долбить мать сзади.
Молча, переглядываясь и улыбаясь, отец с сыном, устроили Любе форменный тяни-толкай. Слезая с одного, она полностью насаживалась на второй член. Периодически теряя ритм, мужчины одновременно всаживались в довольно мычащую женщину, а также иногда их органы выскальзывали, из более чем обычно дергающейся Любы. Посмеиваясь и вернув орган в дырочку, процесс продолжали. Первым кончил Лешка, утроив мощь на финише, и полностью сбив синхронизацию с отцом, который ничуть не расстроившись, продолжил иметь жену в рот.
Впервые, сын в упор видел, как трахаются родители, и зрелище ему понравилось. Он сел в кресло и наблюдая за тем, как отец, перестав иметь мать орально, положил ту на спину и бодро трахал вскрикивающую женщину вагинально, совершенно не парясь, что его орган скользит в киске по сперме сына. Когда Сергей, рыча кончил, и сел рядом с пыхтящей женой, поглаживая ее животик, их глаза с сыном встретились.
— Мамка у нас огонь, да сынок? – спросил отец.
— Лучше всех! – подтвердил тот, широко улыбаясь.
— Ой... смотрите… - захихикала Люба, сползя с кровати и сев на корточки широко разведя колени, подставив ладонь, под капли спермы, — это же коктейль из моих любимых мужчин…
И отец, и сын возбуждённо поежились, когда Люба, облизнула капли с ладошки, и хитро посмотрев каждому в глаза, прошептала:
— Разве я могу не попробовать… это же первый раз! Так вкусно! – и продолжила слизывать остатки.
— Ну, мать… ты даешь! – сказал Сергей, восхищенно качая головой.
— Угу, но только вам, - облизнулась Люба и подмигнула сыну.
Возбужденная начальница