— Чёрт, что это значит? Внезапное побуждение сексуальности, или она чего-то хочет.
Именно с последней мыслью я заснул во второй раз.
На следующее утро, в пятницу, Арлин была вся в любви. Я на минутку позволил себе поверить, что наш фантастический секс означает то, что наша сексуальная жизнь изменилась, с очень хорошей на превосходную. И, возможно, впереди нас ждут ещё более феноменальные эротические приключения.
Моё беспечное настроение и большая дебильная ухмылка, о которой говорили некоторые мои коллеги на работе, изменились после полудня, когда зазвонил телефон.
— Остин, это Арлин, - сказала моя секретарша по внутренней связи.
— Привет, богиня секса, - начал я разговор.
— Привет тебе, Эрос, - засмеялась Арлин.
— Эй, я не грек, - смеялся я в ответ.
— Может и нет, но я уверена, что ты бог похоти и секса, - хихикнула она.
Мы продолжали обмениваться комплиментами, которые переросли в светскую беседу, а затем и в цель её звонка.
— Слушай, дорогой, - сорвалось с её прекрасных губ, предваряя грядущее бедствие, - некоторые люди из офиса собираются сегодня вечером перекусить и выпить в рамках упражнения по построению команды, предложенного консультантом по морали. Я тебе рассказывала, что наша корпорация недавно такого наняла. Ты заберёшь детей из школы? И покормишь их без меня?
— Разве ты не идёшь домой? - выпалил я с чистым разочарованием в голосе.
— Конечно иду. Мне нужно переодеться. Но у меня не будет времени забрать их и приготовить ужин. Мы должны встретиться в ресторане в 6:30. Ой, пожалуйста, будь милым. Я не хочу быть единственной в нашей группе, кто не пошёл, - промурлыкала она.
Обиженный, я спросил:
— А почему такое позднее уведомление?
— Я думаю, что это было частью упражнения - жертва ради команды. Ты знаешь, что я бы предпочла быть с тобой и с детьми, но я чувствую, что должна сделать это, - продолжила она, мурлыкая ещё больше.
Что я должен был сказать в тот момент? После лучшего-то секса в моей жизни. Она чертовски хорошо знала, что я не могу быть придурком и сказать - "Нет, чёрт возьми!"
Я смирился с неизбежным.
— Конечно, дорогая. Надеюсь - я поцелую тебя на прощание?
— Только не пытайся затащить меня в постель, Эрос, - хихикнула она.
Мы попрощались.
Я сидел ошеломлённый за своим столом.
Она никогда раньше не встречалась с парнями с работы. Насколько я знал, большинство из них ей не очень нравились. Она никогда не приглашала кого-либо из своих коллег в наш дом. И я не припомнил, чтобы она когда-либо рассказывала мне о "консультанте по командообразованию".
Мда… Всё это дело пахло протухшей скумбрией.
Исчезли и мой солнечный настрой, и моя идиотская ухмылка.
Я забрал детей, сделал им их любимое блюдо из макарон с сыром (хотя я заставил их съесть и салат), и мы проводили Арлин.
Она не позволила поцеловать её.
— Вы испортите мне макияж и помнёте моё платье, - хихикнула она, слегка поцеловав всех нас в щёчку. - Я вернусь в одиннадцать.
— Это платье не похоже на одежду для тимбилдинга, - пробормотала я себе, - если только упражнение не состоит в том, чтобы устроить групповушку.
Когда в ту ночь Арлин пришла домой, я отметил время.
Две минуты второго! Едва ли это был всего-навсего ужин и несколько напитков.
Я притворился спящим, чтобы избежать конфронтации.
Она пьяно залезла в кровать в неглиже и обняла меня ложкой.
В субботу вечером секса не было. Но у меня был обычный для нас секс по воскресеньям и вторникам.
Мне это нравилось все меньше и меньше, поскольку в следующие два вечера четверга я получил такое же мощное утешение.
Тарас Бульба