ученицей, и эта встреча похоже станет поворотной в моей судьбе. В общем я благодарен всему, что круто меняет мою жизнь.
— По какой дороге пойдём, дядь Вадим? – поинтересовалась Лена, когда мы остановились на развилки трёх просёлочных дорог
.
Одна из них упиралась в бугор на противоположной стороне реки и поднималась круто вверх. Другая извилистой змейкой уходила вправо в сторону леса. Третья дорога вела влево, к зарослям больших лозин, росших недалеко. Туда же шла и линия электропередачи, провода которой свисали над рекой и столбы уходили влево вдоль просёлочной дороги.
Я много раз ходил в походы с учениками в сельскую местность и знал, что вблизи деревень и сел, обязательно росли лозины. Эти деревья селяне сами высаживали возле своих домов, так как раскидистые лозины, давали тень в жаркое время года. И защищали деревню от сильных ветров в непогоду. Из молодых побегов лозы, плели корзинки и строили из неё изгородь вокруг огорода. Это дерево было удивительно жизнеспособным, даже просто воткнутая в землю палка из лозы, через некоторое время прорастала и на ней появлялись листочки.
— Вот по ней пойдём. Эта дорога ведёт вон к тем высоким лозинам, а за ними должны находиться дома. – пояснил я девушке и уверено повернул влево, а не наверх, куда было потянула она.
Да я и сам возможно пошёл бы по дороге, ведущей на бугор, так как она была хорошо накатана. И как оказалось не зря. Пройдя примерно метров триста, мы очутились на краю деревни, укрытую от посторонних глаз, высокими раскидистыми лозинами, окружавшие небольшое село с двух сторон.
— Добрый день, хозяйка. Подскажете, пожалуйста, где тут у вас находится дом бабы Нины Пановой? - спросил я у пожилой женщины в цветастом платке, в синем рабочем халате и в резиновых калошах, вышедшей на улицу кормить кур.
Пройдя с Лёной по дороге промеж лозин, мы с ней попали к дому с синей деревянной терраской и на наше счастье он оказался жилым. Из трубы над домом шёл дым, хозяева топили печь, а во дворе не огороженным забором, копошились куры.
Увидев незнакомых людей, селянка насторожилась. На вид женщине было где-то лет шестьдесят не больше, и она ещё проворно убиралась по хозяйству. Да и лицо не совсем старое, а из-под надвинутого на лоб платка, выглядывали, зоркие, любопытные глаза.
— А она умерла больше месяца назад. Зачем вам её дом понадобился? - с подозрением спросила женщина, прижимая чашку с кормом для кур к себе.
— Мы из другого района области сюда приехали. Покойная баба Нина приходилась родней моей жене. И она завещала ей свой дом в вашей деревне. - ответил я женщине в цветастом цыганским платке и в доказательство показал ей завещание, лежавшее в кармашке спортивной куртки.
Предугадывая подобную ситуацию, я взял с собой все документы подтверждающие мои слова и свой паспорт тоже.
— Так вы значит не чужие покойнице. А я, глядя на вас, грешным делом подумала, что вы металл цветной ищите по деревне. Неделю назад у нас парень с девушкой ходили по улице, говорили, что заблудились и спрашивали дорогу к мосту. А после них, у меня бидон молочный из алюминия пропал и медный таз, в котором я варенье варила. – со скорбью сказала женщина, прочитав завещание, которое я ей показал в развёрнутом виде. - Пройдёте по этой тропинке через овраг и идите по улице до самого конца кверху. Дом бабы Нины возле пруда находится, рядом с "барским" садом. Там в старину барин жил, а от него сад яблоневый остался. Дом бабки заметный, с жёлтой терраской,
Перед свадьбой