Я не мог удержаться от удара в последний раз. «Итак, ты пыталась щадить мои чувства? Шлюха с золотым сердцем. Как странно. Думаю, мне следует считать своим благословением, что ты не убежал и не устроила групповуху».
Это была последняя капля. Извиняющееся выражение на ее лице исчезло. Сначала оно сменилось раздражением, а затем превратилось в высокомерную ухмылку. Она презрительно засмеялась и сказала: «Да. Я пыталась пощадить твои чувства. Видишь ли, я не собиралась говорить тебе, что ты скучный, полноватый мужчина, чье представление о любви - это два толчка и извинения. Я не собираюсь напоминать тебе, что в последний раз мы спонтанно пошли на свидание - или сделали что-нибудь веселое - было до того, как я забеременела. О нет. Я определенно не собиралась говорить тебе, что твоя печальная попытка соблазнения - жалкие 5 минут ленивого орального секса с полным отсутствием внимания клитору перед тем, как протолкнуть свой полутвердый член в мое сухое влагалище. Я не собиралась упоминать ничего из этого».
Ее слова попали в цель. Я знаю, что просил правды, но не понимал, что правда была такой жестокой. Не помогло и то, что подача была произведена намеренно разрушительным образом.
Итак, я сделал то, что делают все, когда на него нападают. Я ответил. «Ну, когда у тебя есть жена, которая просто лежит там, как теплая надувная кукла, какой романтики ты ожидаешь?»
Она только ухмыльнулась. Видимо, я ударил недостаточно сильно, потому что ее следующий удар был окончательным ударом.
«Как ты думаешь, почему я так лежу? А? Думаешь, можно просто запрыгнуть в машину посреди зимы, завести ее и уехать?» Она засмеялась, как будто я развлекал ее, и покачала головой с самодовольным огоньком в глазах. «Девушке нужно с чем работать. Если бы ты действительно видел меня и Деррика сегодня днем, то ты бы увидел, какая я женщина, когда у меня есть мужчина, который действительно знает, что делает».
Бум. Это был удар моего сердца и моей гордости об пол. Все, что я мог сделать, это стоять, ошеломленный, пока ее слова эхом разносились в моей голове. После этого не было никакого возражения. Больше ничего нельзя было сказать мне, чтобы сохранить лицо. По сути, она оставила меня недееспособным своим ударом, нанесенным в самое уязвимое место, которое у меня было – по моему мужскому достоинству.
Не знаю, что показало мое лицо, но это, должно быть, была ужасная агония. Ее гнев мгновенно исчез, а выражение ее лица стало испуганным и даже более извиняющимся, чем было.
«Боже, Арти. Мне очень жаль. Пожалуйста, я не хотела, чтобы так вышло. Я. ..»
Возможно, она продолжила говорить или остановилась на полуслове. Честно говоря, не могу сказать. К тому времени, как она начала отступать и пытаться отказаться от своих обидных слов, я покинул комнату.
**********************
Я проснулся с началом следующего утра. Мой будильник не разбудил меня, как обычно. Я посмотрел туда, где должны были быть часы, и обнаружил на их месте незнакомую пустоту. Мне потребовалась минута, чтобы понять, что я не на своей удобной кровати огромного размера. Я был в гостевой спальне, на двуспальной кровати с матрасом не толще прокладки.
Мое тело говорило мне, что я опаздываю на работу. Я мог чувствовать это, даже если бы на часах не было цифр, чтобы указать на это. Я сел и потянулся, морщась от того, что моя спина была разбита и наказывала меня за то, что у меня не хватило здравого смысла хотя бы спать на диване.
Когда я выскользнул из постели и посмотрел в зеркало над
Кама Сутра