рту. Другой мужчина разбрызгал большое количество холодной смазки в мою щель и начал грубо ласкать пальцами мое сморщенное очко. Вскоре он неловко опустился на корточки позади меня и добавил свой хуй, засунув его в мою нежную попку.
— Ммммммммммфхххх! — удивленно вскрикнула я, когда мне засунули во все три отверстия.
Мужчины не были грубы со мной, но и не были нежны. Их хуи погружались в мою попку, пизду и рот, а пришедшие мужчины были озабочены только собственным удовольствием. Моя свободная грудь качалась и ударялась о стену. По моему стройному телу пробежали мурашки и достигли мягкой попки.
Сначала я почувствовала пульсацию в попке, когда мою сжимающуюся дырочку накачали горячим кремом из хуя. Вскоре после этого мужчина, вставлявший свой хуй в мою мокрую пизду, кончил, и из обеих дырочек потекли бороздки липкой спермы. Я глотала сперму, которая вытекала мне в рот, чтобы не захлебнуться, а мужчина еще долго держал свой хуй между моих губ.
Эти трое были только началом головокружительной череды мужчин с твердыми хуями, не стесняющихся обспусканной пёзд. В какой-то момент мужчина по другую сторону стены отпустил мою грудь, но к тому времени я была так окружена рабочими, что не было никакой возможности избежать массовой групповухи, которую они приготовили для меня.
Твердые хуи входили в мою щелку и попку. Они взяли меня по-собачьи, заливая меня спермой, а затем заставили меня оседлать одного мужчину, пока другой приседал позади меня. Они выстраивались в очередь, чтобы я сосала их хуи, и я давала им возможность, обрабатывая ртом каждый елдак, который подносили к моему лицу.
Несколько работников даже продолжали использовать "Дыру почёта", их хуи торчали из черной стены и ждали моего внимания. Когда мне разрешали мужчины по очереди, "ласкающие" мою пизду и попку, я даже давала им то, что они хотели, с удовольствием всасывая хуи, подаваемые через "дырку почёта", пока их горячая сперма не орошала мое горло. Я была грязным, липким месивом. Сперма пузырилась из каждой дырочки. Она залила мои бедра и образовала лужу на полу между коленями. В комнате стоял густой запах секса и животный запах спермы.
В какой-то момент я перестала чувствовать отвращение и отдалась ощущениям. Мои отсосы стали жадными. Я переходила от хуя к хую, изголодавшись по их твердому мясу и жаждая их спермы. Я подпрыгивала на каждом хуе, растягивая свою сливочную пизду на их хуях и сжимая их, пока они не кончали в меня или на меня. Пальцы погружались в все мои дырочки. Руки сжимали мои груди и щипали соски. Я знала, что некоторые из мужчин выебали меня по два или три раза, и мне было все равно.
Моя пизда, анус и даже рот стали сырыми, а затем онемели. Никакое количество смазки не могло полностью успокоить меня, и никакое количество спермы или хуев, сколько бы раз я ни кончила, не могло полностью удовлетворить меня. Это было слишком физически. Я была сломана, я знала это, и мне было все равно.
Только Ольга освободила меня из этой опасной тюрьмы наслаждения. Ей стало противно от моего распутного поведения, и она выдернула меня из толпы обкуренных рабочих. Они жалобно стонали и выкрикивали оскорбления в ее адрес на русском языке. То, что она рявкнула им в ответ, заставило их мгновенно замолчать.
— Тебе, — сказала Ольга, — нужно к врачу.
Она вытащила меня с помощью Кости, и они отвезли меня к пожилому врачу, который дал мне мази, примочки и различные таблетки, чтобы избежать инфекции и помочь заживить потертости. Мы вернулись в шикарную квартиру Гурьевых, и Костя отнес
Влюблен до потери пульса