— Не совсем, — сказал он. — Сначала я выебу тебя в жопу.
С этим не поспоришь. Никакой защиты. Не после всего, что произошло. Он смотрел в мои глаза, когда его рука прижимала меня к себе. Мои мягкие груди рассыпались по столешнице в ванной. Моя упругая попка была украшена капельками воды. Он сжал ее и раздвинул мои ягодички. Его твердый хуй возвышался позади меня. Одной рукой он поглаживал его, а кончиком пальца дразнил мой анус. Я вздрогнула и тихонько вскрикнула.
— Смазка, — сказал он. Я подумала, что у него есть настоящая смазка, но вместо этого он выплюнул отвратительную слюну в мою расщелину и позволил ей скатиться вниз к нежному углублению моего ануса. Он сжал мои щечки друг к другу, как бы размазывая слюну. Когда он снова открыл мою попку, то быстро ввел толстую головку своего хуя между моих ягодичек. Ощущение его хуя, прижавшегося к моему сжатому отверстию, заставило меня зашипеть от страха и поднять голову с грязной столешницы. Я оглянулась. — Пожалуйста, не так грубо, — взмолилась я.
Он потянулся через мою спину и запустил пальцы в мои волосы. Так он держал мою голову. Я думаю, он хотел увидеть непроизвольную гримасу на моем лице, когда его хуй медленно преодолевал мышцы моей анальной дырочки и проникал в меня. Это было больно. Сначала остро, шокирующе больно. Это был мой первый раз, когда у меня был хуй в попе. Игрушки и пальцы, да, но никогда хуй, и уж точно никогда такой большой.
— О боже мой, — воскликнула я. — Это больно.
— Расслабься, — сказал он. — Будет гораздо больше хуя.
Он не шутил. Дюйм за дюймом входил в мою растянутую попку. Мне казалось, что он убивает меня, настолько сильной была боль. Я пыталась заставить свои мышцы расслабиться, но боль имела обратный эффект. Я напрягалась, и в результате каждый дюйм больно входил в меня.
Драган ослабил хватку на моих волосах и позволил мне опустить голову на стойку. Я крепко зажмурила глаза, из уголков которых капали слезы. Единственное облегчение, которое я почувствовала, было то, что его яйца прижались к моей пизде, а его бедра к моей заднице, давая мне знать, что он похоронил каждый дюйм своего хуя внутри меня.
Он оставался так несколько секунд, я думаю, просто наслаждаясь теплом моей задницы и судорожным сжатием моей дырочки. Затем он начал ебать меня, и открылся совершенно новый мир боли. Он был медленным и неумолимым, с силой вгоняя свой член в мою попку, пока его тяжелые яйца бились о мою пизду. Любое удовольствие, которое я испытывала от этого, сводилось на нет грубыми толчками в мою измученную дырочку.
— Пожалуйста, — взмолилась я, слишком отчаянно нуждаясь в каком-либо облегчении, чтобы даже думать о ком-то конкретном.
— У тебя тугая задница, — сказал он. — Надо бы ослабить ее.
Я подняла голову и посмотрела на наше отражение в грязном зеркале. Я раскраснелась и промокла от смеси пота и воды из душа. Драган позади меня был преувеличенным Адонисом с напряженными мышцами. Мое тело сотрясалось при каждом ударе. Чем сильнее он трахал меня, тем больше я могла видеть рябь от ударов, идущую от моих упругих щечек вверх по телу. В нем нарастало давление. Напряжение его удовольствия отразилось на шее и лице.
— Кончай в меня, — сказала я, даже не подумав. — Кончай мне в жопу.
— Нэ! — прорычал он. Он врезался в меня, жестоко, колотя в мою дырку, пока она не онемела. И сквозь это оцепенение,
День в школе