нижнее белье, одна, с арабскими чертами лица, была одета как принцесса гарема или танцовщица живота, а маленькая рыжая девушка рядом со мной, номер 51 согласно ее бейджику, была одета, как чирлидерша.
— Меня зовут Бет, — сказала она и протянула мне руку.
Я приняла её и сказала: — Эмили.
— Говорят, тебе повезло, если ты стала принцессой, — сказала Бет. Она с завистью посмотрела на меня. Она понизила голос и добавила: — Девушкам в нижнем белье не повезло.
Я проследила за ее взглядом до толпы восточноевропейских блондинок, брюнеток и рыжих. Они были одеты в откровенное нижнее белье. Красивые, но неидеальные, с ужасом говорящие на языке, который, как мне показалось, был русским, но мог быть и польским. Некоторые из них плакали.
— Откуда ты это знаешь? — спросила я Бет.
— Это то, что мне сказал мой тренер. Он сказал, что я буду зарабатывать хорошие деньги, потому что я очень хорошо умею трахать сиськами. — Она выглядела почти гордой. — Мой папа работает в авиакомпании, так что как только я смогу добраться до телефона, я позвоню ему, и он спасет меня.
— Никто не собирается тебя спасать, — сказала чернокожая девушка, которая улыбнулась мне. У нее был иностранный акцент, возможно, южноафриканский, но ее английский был очень ясным. Она протянула мне руку, и я взяла ее. — Меня зовут Селина. Как они тебя поймали?
— Меня схватили на улице в Каире и накачали наркотиками те, кому я думала, что могу доверять, — сказала я.
— В моей деревне предлагали тысячу американских долларов за самую красивую девушку, и все семьи соревновались, надеясь, что их дочь выберут. — Она сделала гримасу отвращения. — Наверное, я и есть самая красивая.
Она была поразительно красива, как модель с подиума, с высоким, стройным телосложением, которое не лишало ее женского очарования. Она выглядела по крайней мере так же хорошо, как я в своем платье принцессы. Она была под номером 60.
Аукцион начался раньше, чем мы успели поговорить. В зал стали входить мужчины и уводить девушек в нижнем белье по одной. Их разлучали с подругами, иногда насильно, под слезы и крики протеста. Над дверью включился экран, на котором была видна сцена аукциона. Мужской голос объявлял каждый номер на английском языке, затем кратко описывал девушку на английском, французском, арабском и японском языках.
— Номер 12. Ее зовут Сара. Она из Подмосковья, ей 20 лет. Ее размеры — 34-22-32. Она очень талантлива в сексе. Очень подтянутая и спортивная. Резервная ставка — 6 000 долларов.
Сара не уложилась в резерв, что поначалу показалось закономерностью для "товара" в нижнем белье. Когда женщина не укладывалась в резерв, ее стоимость снижалась до нуля, и по разрешению аукциониста она выставлялась на открытые торги. На экране появлялись цифры, отражающие ставки Сары.
Когда ход торгов замедлился, на сцену к ней вышел мужчина и начал навязываться ей. Она, казалось, приняла его сокращенную прелюдию, и вскоре ее уже трахал на сцене мужчина в капюшоне. Его мышцы напряглись, а бедра заработали, когда он вводил и выводил свой длинный член из нее, стоя на коленях сзади. Торги снова активизировались. В конце концов, она была продана за цену чуть ниже резервной. Секс закончился до эякуляции, и ее увели со сцены.
— Что произойдет, если ставки будут соответствовать резервной цене? — спросила я Селину и Бет. Ни одна из них не знала ответа, но вскоре мы все узнали. Номер 20, яркая блондинка по имени Ольга с большим бюстом, получила три ставки, которые соответствовали ее резервной цене в 11 000
Розетка